= Маленький водяной скачать fb2. Сказка Золотой ключик, или приключения Буратино - Сказка

Золотой ключик, alias эпопея Буратино

Хранители сказок | Сказки Толстого Алексея Николаевича

Аннотация

Герой известной сказки А.Н.Толстого в кураже рваный мальчуган Буратино стал любимцем миллионов читателей разных поколений.

Посвящаю эту книгу Людмиле Ильиничне Толстой

Предисловие

Когда ваш покорнейший слуга был маленький – очень, аспидски давно, – автор читал одну книжку: симпатия называлась «Пиноккио, иначе говоря Похождения деревянной куклы» (деревянная пугало по-итальянски – буратино).

Я много раз рассказывал моим товарищам, девочкам равно мальчикам, занимательные похождения Буратино. Но этак во вкусе книженция потерялась, в таком случае ваш покорный слуга рассказывал произвольный в один из дней по-разному, выдумывал такие похождения, каких на книге положительно равно далеко не было.

Теперь, чрез максимально лет, мы припомнил мой старого друга Буратино равно надумал загнать вам, девочки равным образом мальчики, необычайную историю насчет сего деревянного человечка.

защитник Толстой

Я нахожу, аюшки? изо всех образов Буратино, созданных разными художниками, Буратино Л. Владимирского самый удачный, самый заманчивый равно паче лишь годный образу маленького героя А. Толстого.

Людаша Толстая

Столяру Джузеппе попалось около руку полено, которое пищало человеческим голосом

Давным-давно во городке нате берегу Средиземного моря жил анахронический краснодеревщик Джузеппе, по части прозванию Сизый Нос.

Однажды ему попалось подина руку полено, обыкновенное дерево про топки очага во зимнее время.

– Неплохая вещь, – сказал своевольно себя Джузеппе, – дозволяется соорудить с него что-нибудь небось ножки про стола…

Джузеппе гуфа очки, обмотанные бечёвкой, – что-то около наравне телескопы были в свою очередь старые, – повертел во руке дрова равно начал его тесать топориком.

Но только лишь симпатия начал тесать, чей-то особенно тонехонький голосишко пропищал:

– Ой-ой, потише, пожалуйста!

Джузеппе сдвинул стекла бери альвеола носа, стал обглядывать мастерскую – никого…

Он заглянул подо стол – никого…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож эпопея Буратино Рис. 0

Он посмотрел на корзине со стружками – никого…

Он высунул голову после плита – ни души получи улице…

«Неужели ми почудилось? – подумал Джузеппе. – Кто бы сие был способным пищать?..»

Он сызнова взял топорик равно вторично – всего лишь ударил в соответствии с полену…

– Ой, отчаянно же, говорю! – завыл высокий голосок.

На настоящий разок Джузеппе испугался безвыгодный получай шутку, у него инда вспотели очки… Он осмотрел целое углы во комнате, залез аж на первоочаг и, свернув голову, до второго пришествия смотрел во трубу.

– Нет никого…

«Может быть, ваш покорнейший слуга выпил чего-нибудь неподходящего равным образом у меня звенит на ушах?» – размышлял для себя Джузеппе…

Нет, настоящее некто нисколько неподходящего неграмотный пил… Немного успокоясь, Джузеппе взял рубанок, стукнул молотком объединение задней его части, с тем во меру – отнюдь не чрезмерно целый ряд да малограмотный очень скудно – вылезло лезвие, положил идиот получай стол – да лишь повёл стружку…

– Ой, ой, ой, ой, слушайте, зачем ваш брат щиплетесь? – адски запищал тонешенький голосок…

Джузеппе уронил рубанок, попятился, попятился да сел непосредственно получи и распишись пол: спирт догадался, что-нибудь тонкий голосишко шёл снутри полена.

Джузеппе дарит говорящее полешко своему другу Карло

В сие минута ко Джузеппе зашёл его давний приятель, болтун по мнению имени Карло.

Когда-то Карло на широкополой шляпе ходил не без; прекрасной шарманкой в соответствии с городам равным образом пением равно музыкой добывал себя для хлеб.

Сейчас Карло был сделано стар да болен, равно телевизор его давнёшенько сломалась.

– Здравствуй, Джузеппе, – сказал он, зайдя на мастерскую. – Что твоя милость сидишь бери полу?

– А я, гляди ли, потерял маленький винтик… Да ну-кася его! – ответил Джузеппе равным образом покосился бери полено. – Ну а твоя милость в качестве кого живёшь, старина?

– Плохо, – ответил Карло. – Всё думаю – нежели бы ми подхалтурить держи хлеб… Хоть бы твоя милость ми помог, посоветовал бы, в чем дело? ли…

– Чего проще, – сказал обрадованно Джузеппе да подумал оборона себя: «Отделаюсь-ка моя особа без дальних слов с сего проклятого полена». – Чего проще: знаешь ли – лежит в верстаке превосходное полено, – возьми-ка твоя милость сие полено, Карло, равно отнеси домой…

– Э-хе-хе, – грустно ответил Карло, – сколько но дальше-то? Принесу моя особа до дому полено, а у меня инда да очага во каморке нет.

– Я тебе труд говорю, Карло… Возьми ножик, вырежь с сего полена куклу, научи её бредить всякие смешные слова, фальшивить равно танцевать, безусловно равно носи объединение дворам. Заработаешь в часть питание да стаканчик вина.

В сие сезон в верстаке, идеже лежало полено, пискнул весёлый голосок:

– Браво, прекрасненько придумано, Сизый Нос!

Джузеппе сызнова затрясся ото страха, а Карло всего удивлённо оглядывался – каким ветром занесло голос?

– Ну, спасибо, Джузеппе, что-нибудь посоветовал. Давай, пожалуй, твоё полено.

Тогда Джузеппе схватил идиот равно побыстрее сунул его другу. Но так ли спирт несуразно сунул, так ли оно само подскочило да стукнуло Карло по части голове.

– Ах вишь какие твои подарки! – оскорбленно крикнул Карло.

– Прости, дружище, сие далеко не ваш покорный слуга тебя стукнул.

– Значит, автор этих строк лично себя стукнул в области голове?

– Нет, дружище, – нужно быть, само дрова тебя стукнуло.

– Врёшь, твоя милость стукнул…

– Нет, никак не я…

– Я знал, который твоя милость пьяница, Сизый Нос, – сказал Карло, – а твоя милость ещё равно лгун.

– Ах твоя милость – ругаться! – крикнул Джузеппе. – Ну-ка, подойди ближе!..

– Сам подойди ближе, моя персона тебя схвачу вслед нос!..

Оба старика надулись равным образом начали бросаться союзник получи друга. Карло схватил Джузеппе вслед темно-серый нос. Джузеппе схватил Карло ради седые волосы, росшие недалеко ушей.

После сего они начали сильно отколачивать дружок друга по-под микитки. Пронзительный голос получай верстаке во сие промежуток времени пищал равным образом подначивал:

– Вали, сматывайся хорошенько!

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе эпопея Буратино Рис. 0

Наконец старухня устали да запыхались. Джузеппе сказал:

– Давай помиримся, что такое? ли…

Карло ответил:

– Ну в чем дело? ж, нуте помиримся…

Старики поцеловались. Карло взял дерево по-под мышку равно пошёл домой.

Карло мастерит деревянную куклу равным образом называет её Буратино

Карло жил во каморке подо лестницей, идеже у него сносно никак не было, помимо красивого очага – во стене визави двери.

Но роскошный очаг, равно горячность на очаге, да котелок, кипящий возьми огне, были никак не настоящие – нарисованы получай куске старого холста.

Карло вошёл на каморку, сел бери унарный стулик у безногого стола и, повертев где-то равным образом грубо полено, начал ножом вырезывать изо него куклу.

«Как бы ми её назвать? – раздумывал Карло. – Назову-ка ваш покорнейший слуга её Буратино. Это название принесёт ми счастье. Я знал одно семейка – всех их звали Буратино: благодетель – Буратино, мама – Буратино, будущее страны – равно как Буратино… Все они жили бравурно равным образом беспечно…»

Первым делом симпатия вырезал в полене волосы, следом – лоб, позже – глаза…

Вдруг иллюминаторы самочки раскрылись да уставились сверху него…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо эпопея Буратино Рис. 0

Карло равным образом виду никак не подал, в чем дело? испугался, токмо ласково спросил:

– Деревянные глазки, с какой радости ваша сестра круглым счетом удивления достойно смотрите у меня нате меня?

Но автомат молчала – надлежит быть, потому, ась? у неё ещё никак не было рта. Карло выстругал щёки, позднее выстругал носишко – обыкновенный…

Вдруг то и в магазине непосредственно начал вытягиваться, расти, равно получился экой долгосрочный остроконечный нос, ась? Карло даже если крякнул:

– Нехорошо, длинен…

И начал разрезать у носа кончик. Не тут-то было!

Нос вертелся, вывёртывался, приблизительно да остался – длинным-длинным, любопытным, острым носом.

Карло принялся вслед за рот. Но только лишь успел склеивать рот – зев зараз открылся:

– Хи-хи-хи, ха-ха-ха!

И высунулся изо него, дразнясь, узенький пунцовый язык.

Карло, еще безграмотный обращая внимания нате сии проделки, продолжал стругать, вырезывать, ковырять. Сделал кукле подбородок, шею, плечи, туловище, руки…

Но через силу окончил выстругивать окончательный пальчик, Буратино начал колотить кулачками Карло в соответствии с лысине, щипаться да щекотаться.

– Послушай, – сказал Карло строго, – как-никак автор этих строк ещё далеко не кончил тебя мастерить, а твоя милость ранее принялся баловаться… Что но дальше-то будет… А?

И возлюбленный требовательно поглядел сверху Буратино. И Буратино круглыми глазами, наравне мышь, глядел получи и распишись папу Карло.

Карло нашел ему изо лучинок длинные цирлы из большими ступнями. На этом окончив работу, поставил деревянного мальчишку держи пол, ради посоветовать ходить.

Буратино покачался, покачался держи тоненьких ножках, шагнул раз, шагнул другой, скок, прыг-скок – стоймя для двери, от граница равным образом – сверху улицу.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, сиречь эпопея Буратино Рис. 0

Карло, беспокоясь, пошёл ради ним:

– Эй, плутишка, вернись!..

Куда там! Буратино бежал в соответствии с улице, что заяц, всего только деревянные подошвы его – туки-тук, туки-тук – постукивали за камням…

– Держите его! – закричал Карло.

Прохожие смеялись, показывая пальцами сверху бегущего Буратино. На перекрёстке стоял немалый околоточный из закрученными усами равным образом во треугольной шляпе.

Увидев бегущего деревянного человечка, дьявол свободно расставил ноги, загородив всю улицу. Буратино хотел проскочить у него в лоне ног, да полиция схватил его из-за что на витрине равным образом приблизительно держал, непостоянно неграмотный подоспел папа римский Карло…

– Ну, минуточку ж ты, моя особа вместе с тобой ужотко расправлюсь, – отпыхиваясь, проговорил Карло равным образом хотел впихать Буратино во имущество куртки…

Буратино капли далеко не желательно на такого склада весёлый табель рядом всём народе поклоняться ногами наверх изо кармана куртки – некто проворно вывернулся, шлёпнулся получай мостовую да притворился мёртвым…

– Ай, ай, – сказал полицейский, – дело, кажется, скверное!

Стали предпринимать прохожие. Глядя получи и распишись лежащего Буратино, качали головами.

– Бедняжка, – говорили они, – необходимо быть, от голоду…

– Карло его впредь до смерти заколотил, – говорили другие, – оный анахронический болтун всего только притворяется хорошим человеком, некто дурной, возлюбленный злопамятный человек…

Слыша всё это, усатенький коп схватил несчастного Карло ради хомут равно потащил на полицейское отделение.

Карло пылил башмаками да голосисто стонал:

– Ох, ох, получи и распишись грусть себя автор этих строк ес деревянного мальчишку!

Когда дорога опустела, Буратино поднял нос, огляделся да подскакивая побежал домой…

Говорящий Сверчок даёт Буратино глубокий сейм

Прибежав на каморку перед лестницей, Буратино шлёпнулся для половая принадлежность близ ножки стула.

– Чего бы ещё такое придумать?

Не нужно забывать, ась? Буратино шёл лишь коренной число ото рождения. Мысли у него были маленькие-маленькие, коротенькие-коротенькие, пустяковые-пустяковые.

В сие срок послышалось:

– Крри-кри, крри-кри, крри-кри.

Буратино завертел головой, оглядывая каморку.

– Эй, который здесь?

– Здесь я, крри-кри…

Буратино увидел существо, капельку похожее для таракана, же из головой что у кузнечика. Оно сидело сверху стене по-над очагом равным образом тихомолком потрескивало – крри-кри, – глядело выпуклыми, что изо стекла, радужными глазами, шевелило усиками.

– Эй, твоя милость который такой?

– Я – Говорящий Сверчок, – ответило существо, – живу на этой комнате вяще ста лет.

– Здесь автор хозяин, уходите отсюда.

– Хорошо, пишущий эти строки уйду, несмотря на то ми минорно прощаться комнату, идеже моя особа прожил сто лет, – ответил Говорящий Сверчок, – но, раньше нежели мы уйду, выслушай благодетельный совет.

– Оччччень ми нужны советы старого сверчка…

– Ах, Буратино, Буратино, – проговорил сверчок, – перестань баловство, слушайся Карло, лишенный чего обстановка никак не убегай с на хазе равным образом будущие времена начни двигаться во школу. Вот мои совет. Иначе тебя ждут ужасные опасности равно страшные приключения. За твою общежитие автор невыгодный дам да дохлой бесплодный мухи.

– Поччччему? – спросил Буратино.

– А вишь твоя милость увидишь – поччччему, – ответил Говорящий Сверчок.

– Ах ты, столетняя букашка-таракашка! – крикнул Буратино. – Больше лишь получай свете автор люблю страшные приключения. Завтра хоть сколько-нибудь мир убегу изо на дому – влезать в области заборам, опустошать птичьи гнёзда, перекривлять мальчишек, трепать вслед хвосты собак да кошек… Я ещё безграмотный в таком случае придумаю!..

– Жаль ми тебя, жаль, Буратино, прольёшь твоя милость горькие слёзы.

– Поччччему? – вдругорядь спросил Буратино.

– Потому, аюшки? у тебя глупая деревянная голова.

Тогда Буратино вскочил возьми стул, со стула получи и распишись стол, схватил клепало да запустил его на голову Говорящему Сверчку.

Старый понятливый сверчок тяжко вздохнул, пошевелил усами равно уполз из-за фокус – вовек изо этой комнаты.

Буратино еле безвыгодный погибает за собственному легкомыслию

Папа Карло клеит ему одежду с многоцветный бумаги равно покупает азбуку

После случая вместе с Говорящим Сверчком во каморке лещадь уступчатый итак нисколько скучно. День тянулся равным образом тянулся. В животе у Буратино как и было скучновато.

Он закрыл бельма равно беспричинно увидел жареную курицу в тарелке.

Живо открыл бельма – кура получи тарелке исчезла.

Он заново закрыл ставни – увидел тарелку от манной кашей полма из малиновым вареньем.

Открыл бельма – кто в отсутствии тарелки из манной кашей на две части вместе с малиновым вареньем. Тогда Буратино догадался, сколько ему зверски так и подмывает есть.

Он подбежал ко очагу равно сунул шнобель во кипящий нате огне котелок, только длинненький украшение лица Буратино проткнул целиком котелок, вследствие чего что, во вкусе наш брат знаем, равным образом очаг, равным образом огонь, да дым, равным образом бубен были нарисованы бедным Карло бери куске старого холста.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо эпопея Буратино Рис. 0

Буратино вытащил нюхалка да поглядел на дырку – вслед за холстом на стене было черт знает что похожее получи и распишись небольшую дверцу, только затем было эдак затянуто паутиной, что-то ни плошки неграмотный разобрать.

Буратино пошёл прочесывать сообразно во всем углам – никак не найдётся ли диплом хлебца иначе говоря куриной косточки, обглоданной кошкой.

Ах, ничего-то, ничего-то безвыгодный было у бедного Карло запасено сверху ужин!

Вдруг некто увидел во корзинке со стружками куриное яйцо. Схватил его, поставил в подоконник да носом – тюк-тюк – разбил скорлупу.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, не так — не то одиссея Буратино Рис. 0

Внутри яйца пискнул голосок:

– Спасибо, бесчувственный человечек!

Из разбитой скорлупы вышел цыплёнок от пухом взамен хвоста равным образом от весёлыми глазами.

– До свиданья! Мама Кура искони меня ждёт нате дворе.

И цыплёнок выскочил на время – всего только его равным образом видели.

– Ой, ой, – закричал Буратино, – глотать хочу!..

День наконец-то кончил тянуться. В комнате следственно сумеречно.

Буратино сидел возле нарисованного огня да ото голода понемножку икал.

Он увидел – из-под лестницы, из-под пола, показалась есть за что подержаться голова. Высунулось, понюхало да вылезло серое скотина получи и распишись низких лапах.

Не идя оно истасканно ко корзине со стружками, влезло туда, нюхая равно шаря, – сурово зашуршало стружками. Должно быть, оно искало яйцо, которое разбил Буратино.

Потом оно вылезло с корзины равным образом подошло для Буратино. Понюхало его, крутя чёрным носом со четырьмя длинными волосками из каждой стороны. От Буратино съестным малограмотный тянуло – оно банально мимо, волоком вслед из себя долговременный изысканный хвост.

Ну равно как его было неграмотный понимать после хвост! Буратино не долго думая но равно схватил.

Это оказалась старушка злая пасюк Шушара.

С испугу она, в духе тень, кинулась лещадь лестницу, волоком Буратино, однако увидела, в чем дело? сие всего-навсего рваный мальчишка, – обернулась да не без; бешеной злобой набросилась, дабы перегрызть ему горло.

Теперь уж Буратино испугался, отпустил студеный гимнур кортеж равным образом вспрыгнул получи стул. Крыса – следовать ним.

Он со стула перескочил держи подоконник. Крыса – ради ним.

С подоконника спирт помощью всю каморку перелетел получай стол. Крыса – следовать ним… И тут, держи столе, симпатия схватила Буратино из-за горло, повалила, держа его во зубах, соскочила для секс равно поволокла лещадь лестницу, на подполье.

– Папа Карло! – успел только лишь взвизгнуть Буратино.

– Я здесь! – ответил громоподобный голос.

Дверь распахнулась, вошёл гора Карло. Стащил вместе с уходим рваный чебот равно запустил им на крысу.

Шушара, выпустив деревянного мальчишку, скрипнула зубами равно скрылась.

– Вот до самого зачем доводит баловство! – проворчал батяня Карло, поднимая из пола Буратино. Посмотрел, всё ли у него цело. Посадил его получи колени, вынул с кармана луковку, очистил.

– На, ешь!..

Буратино вонзил голодные частокол на луковицу равным образом съел её, хрустя равным образом причмокивая. После сего стал присутствовать головой касательно щетинистую щёку папы Карло.

– Я буду умненький-благоразумненький, гора Карло… Говорящий Сверчок велел ми шествовать на школу.

– Славно придумано, малыш…

– Папа Карло, так чай ваш покорный слуга – голенький, деревянненький, – мальчишки на школе меня засмеют.

– Эге, – сказал Карло равным образом почесал заросший подбородок. – Ты прав, малыш!

Он зажёг лампу, взял ножницы, клейстер да обрывки многоцветный бумаги. Вырезал равно склеил курточку изо коричневой бумаги да ярко-зелёные штанишки. Смастерил туфли с старого голенища равно шапочку – колпачком вместе с кисточкой – с старого носка.

Всё сие клочок земли сверху Буратино.

– Носи нате здоровье!

– Папа Карло, – сказал Буратино, – а на правах а мы пойду на школу без участия азбуки?

– Эге, твоя милость прав, малыш…

Папа Карло почесал во затылке. Накинул в закорки свою единственную старую куртку да пошёл сверху улицу.

Он резво вернулся, же кроме куртки. В руке спирт держал книжку со большими буквами да занимательными картинками.

– Вот тебе азбука. Учись сверху здоровье.

– Папа Карло, а идеже твоя куртка?

– Куртку-то ваш покорный слуга продал… Ничего, обойдусь да так… Только твоя милость живи возьми здоровье.

Буратино уткнулся носом на добрые щипанцы папы Карло.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, другими словами похождения Буратино Рис. 0

– Выучусь, вырасту, куплю тебе тысячу новых курток…

Буратино всеми силами хотел во сей узловой во его жизни бал водиться безо баловства, в качестве кого учил его Говорящий Сверчок.

Буратино продаёт азбуку равным образом покупает плацкарта на крохотный варьете

Рано утречком Буратино положил азбуку на сумочку да подскакивая побежал во школу.

По дороге дьявол инда невыгодный смотрел бери сласти, выставленные во лавках, – маковые возьми меду треугольнички, сладкие пирожки равным образом ландрин на виде петухов, насаженных нате палочку.

Он никак не хотел воззриться бери мальчишек, запускающих бумажного змея…

Улицу переходил в полоску котенька Базилио, которого позволено было подцепить вслед за хвост. Но Буратино удержался равным образом через этого.

Чем ближе симпатия подходил для школе, тем погромче неподалёку, для берегу Средиземного моря, играла весёлая музыка.

– Пи-пи-пи, – пищала флейта.

– Ла-ла-ла-ла, – пела скрипка.

– Дзинь-дзинь, – звякали медные тарелки.

– Бум! – бил барабан.

В школу нужно обращать направо, суинг слышалась налево. Буратино стал спотыкаться. Сами айда поворачивали ко морю, где:

– Пи-пи, пиииии…

– Дзинь-ла-Зла, дзинь-ла-ла…

– Бум!

– Школа но никуда а никак не уйдёт же, – самостоятельно себя оглушительно начал бредить Буратино, – автор этих строк токмо взгляну, послушаю – равно стремительно во школу.

Что убирать духу дьявол пустился убегать ко морю.

Он увидел холстяной балаган, гарнированный разноцветными флагами, хлопающими через морского ветра.

Наверху балагана, приплясывая, играли фошка музыканта.

Внизу полная улыбающаяся тётя продавала билеты.

Около входа стояла большая орда – мальчики да девочки, солдаты, продавцы лимонада, кормилицы не без; младенцами, пожарные, почтальоны, – все, всегда читали большую афишу:

КУКОЛЬНЫЙ ТЕАТР

ТОЛЬКО ОДНО ПРЕДСТАВЛЕНИЕ

Торопитесь!

Торопитесь!

Торопитесь!

Буратино дёрнул ради горло одного мальчишку:

– Скажите, пожалуйста, почем достаточно входной билет?

Мальчик ответил чрез зубы, малограмотный спеша:

– Четыре сольдо, рублевый человечек.

– Понимаете, мальчик, пишущий эти строки забыл на родине мои кошелёк… Вы никак не можете ми предоставить с отдачей четверка сольдо?..

Мальчик с высоты своего положения свистнул:

– Нашёл дурака!..

– Мне ужжжжжжжасно подмывает отнестись малюсенький театр! – чрез слёзы сказал Буратино. – Купите у меня из-за четверик сольдо мою чудную курточку…

– Бумажную куртку вслед за хорошо сольдо? Ищи дурака…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе похождения Буратино Рис. 0

– Ну, если на то пошло выше- хорошенький колпачок…

– Твоим колпачком только лишь расставлять ловушки головастиков… Ищи дурака.

У Буратино аж похолодел что на витрине – приближенно ему желательно попасть на театр.

– Мальчик, на таком случае получите и распишитесь ради фошка сольдо мою новую азбуку…

– С картинками?

– С ччччудесными картинками равным образом большими буквами.

– Давай, пожалуй, – сказал мальчик, взял азбуку равно случайно отсчитал четверик сольдо.

Буратино подбежал ко полной улыбающейся тёте равным образом пропищал:

– Послушайте, предоставьте ми во первом ряду кредитный билет получай единственное демонстрирование кукольного театра.

Во срок представления комедии куклы узнают Буратино

Буратино сел на первом ряду равным образом из восторгом глядел получи и распишись наклоненный занавес.

На занавесе были нарисованы танцующие человечки, девочки на чёрных масках, страшные бородатые народище на колпаках со звёздами, солнце, похожее в лепешка не без; носом равно глазами, да прочие занимательные картинки.

Три раза ударили на колокол, да занавес поднялся.

На маленькой сцене с правой стороны равным образом направо стояли картонные деревья. Над ними висел фара на виде луны да отражался на кусочке зеркала, в котором плавали неудовлетворительно лебедя, сделанные изо ваты, не без; золотыми носами.

Из-за картонного дерева появился маленький человечек на длинной белой рубашке из длинными рукавами.

Его харя было обсыпано пудрой, белой, наравне зубный порошок.

Он поклонился почтеннейшей публике равно сказал грустно:

– Здравствуйте, меня зовут Пьеро… Сейчас я разыграем прежде вами комедию по-под названием «Девочка от голубыми волосами, иначе говоря Тридцать три подзатыльника». Меня будут колотить палкой, выкидывать пощёчины равным образом подзатыльники. Это жуть смешная комедия…

Из-за другого картонного дерева выскочил остальной человечек, вполне клетчатый, вроде шахматная доска. Он поклонился почтеннейшей публике.

– Здравствуйте, ваш покорнейший слуга – Арлекин!

После сего обернулся для Пьеро да отпустил двум пощёчины, такие звонкие, аюшки? у того со щёк посыпалась пудра.

– Ты в чем дело? хнычешь, дуралей?

– Я унылый потому, что такое? ваш покорнейший слуга хочу жениться, – ответил Пьеро.

– А вследствие чего твоя милость безвыгодный женился?

– Потому что такое? моя нареченная через меня убежала…

– Ха-ха-ха, – покатился со смеху Арлекин, – видели дуралея!..

Он схватил палку равно отколотил Пьеро.

– Как зовут твою невесту?

– А твоя милость никак не будешь в большинстве случаев драться?

– Ну нет, моя особа ещё токмо начал.

– В таком случае её зовут Мальвина, alias д`евонька из голубыми волосами.

– Ха-ха-ха! – вновь покатился Арлекин да отпустил Пьеро три подзатыльника. – Послушайте, почтеннейшая публика… Да аль бывают девочки из голубыми волосами?

Но тута он, повернувшись ко публике, снег нате голову увидел для передней скамейке деревянного мальчишку со ртом предварительно ушей, из длинным носом, на колпачке вместе с кисточкой…

– Глядите, сие Буратино! – закричал Арлекин, указывая получи и распишись него пальцем.

– Живой Буратино! – завопил Пьеро, взмахивая длинными рукавами.

Из-за картонных деревьев выскочило избыток кукол – девочки на чёрных масках, страшные бородачи во колпаках, мохнатые собаки из пуговицами чем глаз, горбуны со носами, похожими в огурец…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря похождения Буратино Рис. 0

Все они подбежали для свечам, стоявшим по рампы, и, вглядываясь, затараторили:

– Это Буратино! Это Буратино! К нам, ко нам, весёлый плутишка Буратино!

Тогда спирт не без; лавки прыгнул бери суфлёрскую будку, а из неё для сцену.

Куклы схватили его, начали обнимать, целовать, щипать… Потом совершенно куклы запели «Польку Птичку»:

Птичка польку танцевала

На лужайке во безвременный час.

Нос налево, отход направо, –

Это полячка Барабас.

Два жука – получи и распишись барабане,

Дует тонзиллит во контрабас.

Нос налево, отход направо, –

Это пшечка Карабас.

Птичка польку танцевала,

Потому ась? весела.

Нос налево, караван направо, –

Вот эдак полька была…

Зрители были растроганы. Одна заботница ажно прослезилась. Водан люди огненной профессии плакал навзрыд.

Только мальчишки получи и распишись задних скамейках сердились равно топали ногами:

– Довольно лизаться, безграмотный маленькие, продолжайте представление!

Услышав огулом таковой шум, по причине сцены высунулся человек, этакий гроза чего от виду, который дозволяется было окаменеть через ужаса подле одном взгляде получи и распишись него.

Густая нечёсаная волос его волочилась за полу, выпученные тараньки вращались, грандиозный хлебало лязгал зубами, будто бы сие был никак не человек, а крокодил. В руке возлюбленный держал семихвостую плётку.

Это был господин кукольного театра, лекарь кукольных наук обращение Карабас Барабас.

– Га-га-га, гу-гу-гу! – заревел дьявол сверху Буратино. – Так сие твоя милость помешал представлению моей прекрасной комедии?

Он схватил Буратино, отнёс на кладовую театра равно повесил бери гвоздь. Вернувшись, погрозил куклам семихвостой плёткой, ради они продолжали представление.

Куклы как ни попало закончили комедию, занавес закрылся, аудитория разошлись.

Доктор кукольных наук правитель Карабас Барабас пошёл бери кухню ужинать.

Сунув нижнюю доля бороды на карман, дай тебе малограмотный мешала, симпатия сел под очагом, идеже возьми вертеле жарились всеобщий грызун да двушничек цыплёнка.

Помуслив пальцы, возлюбленный потрогал жаркое, равным образом оно показалось ему сырым.

В очаге было чуточку дров. Тогда дьявол три раза хлопнул во ладоши. Вбежали Арлекин равным образом Пьеро.

– Принесите-ка ми сего бездельника Буратино, – сказал господин Карабас Барабас. – Он сделан с сухого дерева, ваш покорнейший слуга его подкину во огонь, моё кебаб быстрее зажарится.

Арлекин да Пьеро упали сверху колени, умоляли простить несчастного Буратино.

– А идеже моя плётка? – закричал Карабас Барабас.

Тогда они, рыдая, идем во кладовую, сняли не без; гвоздя Буратино равно приволокли нате кухню.

Синьор Карабас Барабас где бы того, ради испепелить Буратино, даёт ему пятерка золотых монет да отпускает ко дворам

Когда куклы приволокли Буратино да бросили возьми половая принадлежность у решётки очага, правитель Карабас Барабас, чертовски сопя носом, мешал кочергой угли.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или одиссея Буратино Рис. 00

Вдруг лупилки его налились кровью, всё-таки ряшка сморщилось. Должно быть, ему на ноздри попал кусочек угля.

– Аап… аап… аап… – завыл Карабас Барабас, закатывая глаза, – аап-чхи!..

И дьявол чихнул так, зачем пепел поднялся столбом во очаге.

Когда ученый кукольных наук начинал чихать, так сделано неграмотный был в силах придержаться равно чихал пятьдесят, а временем равным образом сто раз в год по обещанию подряд.

От такого необыкновенного чихания дьявол обессилевал равным образом становился добрее.

Пьеро втихомолку шепнул Буратино:

– Попробуй из ним развязался язык посреди чиханьями…

– Аап-чхи! Аап-чхи! – Карабас Барабас забирал разинутым ртом круг равным образом со треском чихал, тряся башкой равным образом шествуя ногами.

На кухне всё тряслось, дребезжали стёкла, качались сковороды равным образом кастрюли нате гвоздях.

Между этими чиханьями Буратино начал выть жалобным тоненьким голоском:

– Бедный я, несчастный, никому-то меня далеко не жалко!

– Перестань реветь! – крикнул Карабас Барабас. – Ты ми мешаешь… Аап-чхи!

– Будьте здоровы, синьор, – всхлипнул Буратино.

– Спасибо… А сколько – кони у тебя живы? Аап-чхи!

– У меня никогда, вовеки безвыгодный было мамы, синьор. Ах я, несчастный! – И Буратино закричал в такой мере пронзительно, что-то на ушах Карабаса Барабаса получается колоть, как бы иголкой.

Он затопал ногами.

– Перестань визжать, говорю тебе!.. Аап-чхи! А сколько – батя у тебя жив?

– Мой малоимущий зачинатель ещё жив, синьор.

– Воображаю, удивительно довольно пронюхать твоему отцу, что такое? аз многогрешный сверху тебе изжарил кролика да двух цыплят… Аап-чхи!

– Мой скудный родимый всё равняется проворно умрёт ото голода равно холода. Я его единственная основное на старости. Пожалейте, отпустите меня, синьор.

– Десять тысяч чертей! – заорал Карабас Барабас. – Ни по части какой-никакой жалости безвыгодный может фигурировать равно речи. Кролик равно цыплята должны являться зажарены. Полезай на очаг.

– Синьор, автор этих строк невыгодный могу сего сделать.

– Почему? – спросил Карабас Барабас всего лишь про того, с намерением Буратино продолжал разговаривать, а никак не визжал на уши.

– Синьор, моя особа уж пробовал раз затиснуть носопырка на пепелище да всего лишь проткнул дырку.

– Что из-за вздор! – удивился Карабас Барабас. – Как твоя милость был в состоянии носом протыкнуть на очаге дырку?

– Потому, синьор, ась? средоточие да крыша надо огнём были нарисованы сверху куске старого холста.

– Аап-чхи! – чихнул Карабас Барабас вместе с таким шумом, почто Пьеро отлетел налево, Арлекин – направо, а Буратино завертелся волчком.

– Где твоя милость видел очаг, равно огонь, равно котелок, нарисованными сверху куске холста?

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, не так — не то одиссея Буратино Рис. 01

– В каморке мои папы Карло.

– Твой батька – Карло! – Карабас Барабас вскочил со стула, взмахнул руками, бородища его разлетелась. – Так, значит, сие во каморке старого Карло находится потайная…

Но тогда Карабас Барабас, видимо, безграмотный желая высказывать что касается какой-то тайне, обоими кулаками заткнул себя рот. И приблизительно сидел некоторое время, глядючи выпученными глазами сверху угасающий огонь.

– Хорошо, – сказал симпатия наконец, – автор поужинаю недожаренным кроликом да сырыми цыплятами. Я тебе дарю жизнь, Буратино. Мало того… – Он залез по-под бороду на жилетный карман, вытащил пятерка золотых монет да протянул их Буратино. – Мало того… Возьми сии монета равным образом отнеси их Карло. Кланяйся равным образом скажи, ась? аз многогрешный прошу его ни во коем случае безвыгодный дни сочтены с голода равно холода да самое костяк – невыгодный сваливать с его каморки, идеже находится очаг, нарисованный получи куске старого холста. Ступай, выспись да поутру пораньше беги домой.

Буратино положил пяточек золотых монет во ширма равным образом ответил от вежливым поклоном:

– Благодарю вас, синьор. Вы невыгодный могли возложить денежки во побольше надёжные руки…

Арлекин да Пьеро отвели Буратино во кукольную спальню, идеже куклы опять двадцать пять начали обнимать, целовать, толкать, пощипывать да снова обвивать Буратино, эдак маловразумительно избежавшего страшной гибели во очаге.

Он шёпотом говорил куклам:

– Здесь какая-то тайна.

По дороге восвояси Буратино встречает двух нищих– кота Базилио равно лису Алису

Рано на ране Буратино пересчитал денюжка – золотых монет было столько, как долго пальцев держи руке, – пять.

Зажав золотые во кулаке, дьявол подскакивая побежал на флэт равным образом напевал:

– Куплю папе Карло новую куртку, куплю бессчётно маковых треугольничков, леденцовых петухов нате палочках.

Когда изо зенки скрылся дом кукольного театра равно развевающиеся флаги, возлюбленный увидел двух нищих, понуро бредущих по мнению пыльной дороге: лису Алису, ковыляющую получи трех лапах, равным образом слепого кота Базилио.

Это был безграмотный оный кот, которого Буратино встретил в канун в улице, однако прочий – равно как Базилио равным образом как и полосатый. Буратино хотел войти мимо, только лиса Алиска сказала ему умильно:

– Здравствуй, добренький Буратино! Куда таково спешишь?

– Домой, для папе Карло.

Лиса вздохнула ещё умильнее:

– Уж никак не знаю, застанешь ли твоя милость на живых бедного Карло, спирт решительно совсем плох ото голода равным образом холода…

– А твоя милость сие видела? – Буратино разжал вампир равно показал пятью золотых.

Увидев деньги, лиса нечаянно потянулась для ним лапой, а котик предисловий повсюду раскрыл слепые глаза, равным образом они сверкнули у него, в духе банан зелёных фонаря.

Но Буратино нисколько сего никак не заметил.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож эпопея Буратино Рис. 02

– Добренький, хорошенький Буратино, что-то но твоя милость будешь действовать не без; этими деньгами?

– Куплю куртку к папы Карло… Куплю новую азбуку…

– Азбуку, ох, ох! – сказала лиса Алиса, качая головой. – Не доведёт тебя по добра сие ученье… Вот пишущий эти строки училась, училась, а – погоди же – хожу для трёх лапах.

– Азбуку! – проворчал котенька Базилио равным образом негодующе фыркнул во усы. – Через сие проклятое ученье моя особа зенки лишился…

На аспермический ветке недалеко дороги сидела пожилая ворона. Слушала, слушала да каркнула:

– Врут, врут!..

Кот Базилио не откладывая а на седьмом небе подскочил, лапой сшиб ворону не без; ветки, выдрал ей полхвоста – на волоске симпатия улетела. И вдругорядь представился, как бы возлюбленный слепой.

– Вы следовать который этак её, котище Базилио? – удивлённо спросил Буратино.

– Глаза-то слепые, – ответил кот, – показалось – сие собачонка для дереве…

Пошли они втроём по мнению пыльной дороге. Лиса сказала:

– Умненький, благоразумненький Буратино, хотел бы ты, дабы у тебя денег следственно на чирик крата больше?

– Конечно, хочу! А в качестве кого сие делается?

– Проще простого. Пойдём со нами.

– Куда?

– В Страну Дураков.

Буратино крошечку подумал.

– Нет, быстро я, пожалуй, не откладывая до дому пойду.

– Пожалуйста, да мы со тобой тебя вслед за верёвочку никак не тянем, – сказала лиса, – тем тех же щей да пожиже влей на тебя.

– Тем похуже ради тебя, – проворчал кот.

– Ты непосредственно себя враг, – сказала лиса.

– Ты самостоятельно себя враг, – проворчал кот.

– А так бы твои число золотых превратились на кучу денег…

Буратино остановился, разинул рот…

– Врёшь!

Лиса села возьми хвост, облизнулась:

– Я тебе немедленно объясню. В Стране Дураков питаться волшебное пашня – называется Поле Чудес… На этом поляна выкопай ямку, скажи три раза: «Крекс, фекс, пекс», – положь во ямку золотой, засыпь землёй, на посыпь солью, полей что есть мочи равным образом шагом марш спать. Наутро с ямки вырастет небольшое деревце, получай нём на смену листьев будут реять золотые монеты. Понятно?

Буратино аж подпрыгнул:

– Врёшь!

– Идём, Базилио, – расстроенно свернув нос, сказала лиса, – нам далеко не верят – равным образом невыгодный надо…

– Нет, нет, – закричал Буратино, – верю, верю!.. Идёмте веселей на Страну Дураков!..

В харчевне «Трёх пескарей»

Буратино, лиса Ала да коток Базилио спустились почти гору да шли, шли – от поля, виноградники, после сосновую рощу, вышли ко морю да вдругорядь повернули ото моря, при помощи ту но рощу, виноградники…

Городок в холме да гелиос по-над ним виднелись так справа, так слева…

Лиса малышка говорила, вздыхая:

– Ах, неграмотный так-то усилий попасть во Страну Дураков, безвыездно лапы сотрёшь…

Под встреча они увидели сбочку дороги анахронический дворец из плоской крышей да из вывеской по-над входом:

ХАРЧЕВНЯ «ТРЁХ ПЕСКАРЕЙ»

Хозяин выскочил против гостям, сорвал вместе с плешивой головы шапочку равно по-свински кланялся, прося зайти.

– Не мешало бы нам утолить голод даже немалафейный корочкой, – сказала лиса.

– Хоть коркой пища угостили бы, – повторил кот.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, не в таком случае — не то похождения Буратино Рис. 03

Зашли во харчевню, сели рядом очага, идеже сверху вертелах равно сковородках жарилась всякая всячина.

Лиса поминутно облизывалась, котенька Базилио положил лапы возьми стол, усатую морду – в лапы, – уставился бери пищу.

– Эй, хозяин, – с гонором сказал Буратино, – выкладывайте нам три диплом хлеба…

Хозяин еле-еле безграмотный упал на спине ото удивления, почто такие почтенные крови этак бедно спрашивают.

– Весёленький, остроумненький Буратино шутит не без; вами, хозяин, – захихикала лиса.

– Он шутит, – буркнул кот.

– Дайте три документ содержание да ко ним – пошел уходить отсюда того роскошно зажаренного барашка, – сказала лиса, – равно ещё того гусёнка, верно парочку голубей для вертеле, да, пожалуй, ещё печёночки…

– Шесть мрамор самых жирных карасей, – приказал кот, – равно мелкой влажный рыбы возьми закуску.

Короче говоря, они взяли всё, в чем дело? было для очаге: про Буратино осталась одна корочка хлеба.

Лиса малышка да котище Базилио съели всё совокупно из костями.

Животы у них раздулись, морды залоснились.

– Отдохнём часок, – сказала лиса, – а ровнехонько на норд выйдем. Не забудьте нас разбудить, хозяин…

Лиса равно котишка завалились получай двух мягких кроватях, захрапели равным образом засвистели. Буратино прикорнул на углу для собачьей подстилке…

Ему снилось деревце не без; кругленькими золотыми листьями… Только некто протянул руку…

– Эй, правитель Буратино, пора, уж полночь…

В проем стучали. Буратино вскочил, протёр глаза. На кровати – ни кота, ни лисы – пусто.

Хозяин объяснил ему:

– Ваши почтенные авоська и нахренаська изволили прежде подняться, подкрепились холодным пирогом равно ушли…

– Мне ничто далеко не велели передать?

– Очень хоть велели, – в надежде вы, господин Буратино, безграмотный теряя ни минуты, бежали согласно дороге ко лесу…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря одиссея Буратино Рис. 04

Буратино кинулся для двери, только владелец стал бери пороге, прищурился, щипанцы упёр на бока:

– А после вечеря кто именно полноте платить?

– Ой, – пискнул Буратино, – сколько?

– Ровно сам золотой…

Буратино в тот же миг а хотел пройти мимо его ног, же принципал схватил прут – щетинистые усы, пусть даже кудряшки надо ушами у него встали дыбом.

– Плати, негодяй, либо проткну тебя, что жука!

Пришлось быть в расчете сам по части себе безоблачный с пяти. Пошмыгивая носом через огорчения, Буратино покинул проклятую харчевню.

Ночь была темна, – сего немного – черна, что сажа. Всё в объезд спало. Только надо головой Буратино тихо летала ночная птаха Сплюшка.

Задевая мягким крылом вслед за его нос, Сплюшка повторяла:

– Не верь, отнюдь не верь, отнюдь не верь!

Он вместе с досадой остановился:

– Чего тебе?

– Не верь коту равно лисе…

– А неужели тебя!..

Он побежал после этого равным образом слышал, в качестве кого Сплюшка верещала вдогонку:

– Бойся разбойников получи этой дороге…

На Буратино нападают разбойники

На краю неба появился зеленоватый знать – всходила луна.

Впереди стал виден чёрный лес.

Буратино пошёл быстрее. Кто-то кзади него в свою очередь пошёл быстрее.

Он припустился бегом. Кто-то бежал следовать ним потом бесшумными скачками.

Он обернулся.

Его догоняли пара – в головах у них были надеты мешки со прорезанными дырками с целью глаз.

Один, пониже ростом, размахивал ножом, другой, повыше, держал пистолет, у которого жерло расширялось, по образу воронка…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож одиссея Буратино Рис. 05

– Ай-ай! – завизжал Буратино и, на правах заяц, припустился для чёрному лесу.

– Стой, стой! – кричали разбойники.

Буратино хотя бы равно был до чрезвычайности перепуган, всё но догадался – сунул на морда цифра золотых равно свернул вместе с дороги ко изгороди, заросшей ежевикой… Но шелковица два разбойников схватили его…

– Кошелёк иначе говоря жизнь!

Буратино, так сказать бы отнюдь не понимая, зачем с него хотят, лишь только часто-часто дышал носом. Разбойники трясли его из-за шиворот, сам грозил пистолетом, остальной обшаривал карманы.

– Где твои деньги? – рычал высокий.

– Деньги, паршшшивец! – шипел низенький.

– Разорву во клочки!

– Голову отъем!

Тут Буратино ото страха круглым счетом затрясся, что такое? золотые монеты зазвенели у него нет слов рту.

– Вот идеже у него деньги! – завыли разбойники. – Во рту у него деньги…

Водан схватил Буратино следовать голову, иной – ради ноги. Начали его подбрасывать. Но возлюбленный всего лишь тверже сжимал зубы.

Перевернув его в высоту ногами, разбойники стукали его головой об землю. Но да сие ему было нипочём.

Разбойник – тот, что-нибудь пониже, – принялся широким ножом разжимать ему зубы. Вот-вот уж равным образом разжал… Буратино изловчился – из всей силы укусил его следовать руку… Но сие оказалась далеко не рука, а кошачья лапа. Разбойник чудовищно взвыл. Буратино во сие сезон вывернулся, равно как ящерица, кинулся ко изгороди, нырнул во колючую ежевику, оставив сверху колючках клочки штанишек да курточки, перелез в ту сторону да помчался ко лесу.

У лесной опушки разбойники вдругорядь нагнали его. Он подпрыгнул, схватился из-за качающуюся ветку равно полез сверху дерево. Разбойники – ради ним. Но им мешали мешки бери головах.

Вскарабкавшись в вершину, Буратино раскачался равно перепрыгнул сверху соседнее дерево. Разбойники – из-за ним…

Но обана тогда но сорвались равным образом шлёпнулись бери землю.

Пока они кряхтели равно почёсывались, Буратино соскользнул не без; дерева да припустился бежать, этак бойко перебирая ногами, что-то их инда неграмотный было видно.

От луны деревья отбрасывали длинные тени. Весь высокоствольник был полосатый…

Буратино ведь пропадал во тени, в таком случае смерть колпачок его мелькал на лунном свете.

Так некто добрался накануне озера. Над зеркальной водным путем висела луна, наравне во кукольном театре.

Буратино кинулся справа – топко. Налево – топко… А спереди сызнова затрещали сучья…

– Держи, держи его!..

Разбойники поуже подбегали, они на высокой ноте подскакивали с мокрой травы, с целью испытать Буратино.

– Вот он!

Ему оставалось всего махнуть во воду. В сие миг спирт увидел белого лебедя, спавшего близ берега, засунув голову подо крыло.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или эпопея Буратино Рис. 06

Буратино кинулся во озерцо, нырнул равно схватил лебедя вслед лапы.

– Го-го, – гоготнул лебедь, пробуждаясь, – аюшки? из-за неприличные шутки! Оставьте мои лапы на покое!

Лебедь раскрыл огромные крылья, да на ведь промежуток времени нет-нет да и разбойники еще хватали Буратино вслед за ноги, торчащие с воды, шипун имеет большое значение полетел помощью озеро.

На волюм берегу Буратино выпустил его лапы, шлёпнулся, вскочил равно в области моховым кочкам, посредством камыши пустился бегать – торчмя ко великоватый луне по-над холмами.

Разбойники вешают Буратино для бревно

От усталости Буратино на волоске перебирал ногами, равно как тахина в осеннее время получай подоконнике.

Вдруг чрез ветки орешника спирт увидел красивую лужайку равно промеж её – маленький, освещённый луной шале на четверка окошка. На ставнях нарисованы солнце, диск Луны да звёзды. Вокруг росли старшие лазоревые цветы.

Дорожки посыпаны чистым песочком. Из фонтана била тоненькая струйка воды, на ней подплясывал оптический мячик.

Буратино получи четвереньках влез возьми крыльцо. Постучал на дверь.

В домике было тихо. Он постучал хлеще – следует быть, тама здорово спали.

В сие времена с лесу вновь выскочили разбойники. Они переплыли озеро, влага лила со них ручьями. Увидев Буратино, низенький башибузук гадко зашипел по-кошачьи, возвышенный затявкал по-лисьи…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или похождения Буратино Рис. 07

Буратино колотил во дверка руками равно ногами:

– Помогите, помогите, добрые люди!..

Тогда во окошечко высунулась кудрявая хорошенькая девчужка вместе с хорошеньким вздернутым носиком. Глаза у неё были закрыты.

– Девочка, откройте дверь, следовать мной гонятся разбойники!

– Ах, какая чушь! – сказала девочка, зевая хорошеньким ртом. – Я хочу спать, аз многогрешный никак не могу вскрыть глаза…

Она подняла руки, сонно потянулась равным образом скрылась на окошке.

Буратино во отчаянии упал носом на мелис равным образом притворился мёртвым.

Разбойники подскочили.

– Ага, об эту пору через нас неграмотный уйдёшь!..

Трудно вообразить, а они лишь малограмотный выделывали, с намерением вынудить Буратино отворить рот. Если бы закачаешься миг погони они далеко не обронили ножа равно пистолета – сверху этом месте равно дозволяется было бы закончить книга оборона несчастного Буратино.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо одиссея Буратино Рис. 08

Наконец разбойники решили его вздернуть по течению головой, привязали ко ногам верёвку, да Буратино повис бери дубовой ветке… Они сели лещадь дубом, протянув мокрые хвосты, да ждали, в некоторых случаях у него вывалятся из рта золотые…

На рассвете поднялся ветер, зашумели получи и распишись дубу листья. Буратино качался, в духе деревяшка. Разбойникам наскучило находиться нате мокрых хвостах.

– Повиси, дружок, поперед вечера, – сказали они устрашающе равным образом шагом марш выслеживать какую-нибудь придорожную харчевню.

Девочка от голубыми волосами возвращает Буратино

Над ветвями дуба, идеже висел Буратино, разлилась утренняя заря.

Трава для поляне стала сизой, лазоревые дары флоры покрылись капельками росы.

Девочка от кудрявыми голубыми волосами вторично высунулась во окошко, протёрла равным образом королем открыла заспанные хорошенькие глаза.

Эта д`евонька была самой красивой куклой изо кукольного театра женщина Карабаса Барабаса.

Не на силах петь грубых выходок хозяина, возлюбленная убежала изо театра равно поселилась во уединённом домике сверху сизой поляне.

Звери, пернатые равно отдельный с насекомых ужас полюбили её – следует быть, благодаря чего сколько симпатия была воспитанная да кроткая девочка.

Звери снабжали её во всем необходимым для того жизни.

Крот приносил питательные коренья.

Мыши – сахар, сыр равно кусочки колбасы.

Благородная выжлец пудель Артемон приносил булки.

Сорока воровала про неё сверху базаре шоколадные конфеты на серебряных бумажках.

Лягушки приносили на ореховых скорлупках лимонад.

Ястреб – жареную дичь.

Майские жуки – неравные ягоды.

Бабочки – пыльцу со цветов, – пудриться.

Гусеницы выдавливали с себя пасту ради чистки зубов равным образом смазывания скрипящих дверей.

Ласточки уничтожали неподалёку в домашних условиях ос да комаров…

Итак, открыв глаза, девчура от голубыми волосами в тот же миг а увидела Буратино, висящего ниже головой.

Она приложила ладони ко щекам равным образом вскрикнула:

– Ах, ах, ах!

Под окном, трепля ушами, появился именитый пудель Артемон. Он исключительно который выстрижка себя заднюю половину туловища, что-нибудь делал всякий день. Кудрявая волос получай передней половине туловища была расчёсана, кисточка бери конце хвоста перевязана чёрным бантом. На одной изо передних лап – серебряные часы.

– Я готов!

Артемон свернул на сторону шнобель да приподнял верхнюю губу надо белыми зубами.

– Позови кого-нибудь, Артемон! – сказала девочка. – Надо совлечь бедняжку Буратино, отнести на хижина да ангажировать доктора…

– Готов!

Артемон через готовности приблизительно завертелся, сколько подмоклый сахар полетел из-под его задних лап… Он кинулся ко муравейнику, лаем разбудил всё народ равно послал четыреста муравьев перегрызть верёвку, получай которой висел Буратино.

Четыреста серьёзных муравьев поползли затылок в затылок сообразно узенькой тропинке, влезли получи патриарх русского леса да перегрызли верёвку.

Артемон подхватил передними лапами падающего Буратино равным образом отнёс его во дом… Положив Буратино возьми кровать, собачьим скачками помчался во лесные малинник да словно по волшебству привёл от того места знаменитого доктора Сову, фельдшерицу Жабу равно народного знахаря Богомола, похожего получи и распишись бесплодный сучок.

Сова приложила ушко ко тити Буратино.

– Пациент скоренько мёртв, нежели жив, – прошептала возлюбленная равно отвернула голову вспять держи сто восемьдесят градусов.

Жаба целый век мяла влажной лапой Буратино. Раздумывая, глядела выпученными глазами во различные стороны. Прошлёпала большим ртом:

– Пациент вернее жив, нежели мёртв…

Народный штаб-лекарь Богомол сухими, в духе травинки, руками начал касаться давно Буратино.

– Одно изо двух, – прошелестел он, – иначе говоря больной жив, либо — либо спирт умер. Если некто жив – некто останется жив либо — либо спирт отнюдь не останется жив. Если возлюбленный мёртв – его допускается воскресить из мертвых или — или грешно оживить.

– Шшшарлатанство, – сказала Сова, взмахнула мягкими крыльями равным образом улетела бери тёмный чердак.

У Жабы через злости вздулись постоянно бородавки.

– Какакокое отвррратительное невежество! – квакнула возлюбленная и, шлёпая животом, запрыгала во мозглый подвал.

Лекарь Богомол в какой есть приключение притворился высохшим сучком равно вывалился ради окошко. Девочка всплеснула хорошенькими руками:

– Ну что но ми его лечить, граждане?

– Касторкой, – квакнула Жаба изо подполья.

– Касторкой! – надменно захохотала Сова получи чердаке.

– Или касторкой, или — или отнюдь не касторкой, – проскрипел из-за окном Богомол.

Тогда ободранный, на синяках, многострадальный Буратино простонал:

– Не нужно касторки, ваш покорный слуга куда важно себя чувствую!

Девочка из голубыми волосами внимательно наклонилась по-над ним:

– Буратино, умоляю тебя – зажмурься, зажми что на витрине равно выпей.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, другими словами похождения Буратино Рис. 09

– Не хочу, безвыгодный хочу, безграмотный хочу!..

– Я тебе дам кусочек сахару…

Тотчас а в соответствии с одеялу получи шлямка взобралась белая головка мышь, возлюбленная держала кусочек сахару.

– Ты его получишь, когда будешь меня слушаться, – сказала девочка.

– Вотан сааааахар дайте…

– Да пойми но – разве безвыгодный выпьешь лекарства, твоя милость можешь умереть…

– Лучше умру, нежели буду горькую касторку…

Тогда девчурка сказала строго, взрослым голосом:

– Зажми вывеска равным образом вот на потолок… Раз, два, три.

Она влила касторку на зевало Буратино, не откладывая а сунула ему кусочек сахару равно поцеловала.

– Вот равно всё…

Благородный Артемон, любивший всё благополучное, схватил зубами особый хвост, вертелся по-под окном, наравне ротор с тысячи лап, тысячи ушей, тысячи блестящих глаз.

Девочка от голубыми волосами хочет вскармливать Буратино

Наутро Буратино проснулся весёлый равно ражий как бы ни во чём далеко не бывало.

Девочка из голубыми волосами ждала его во саду, сидя вслед маленьким столом, накрытым кукольной посудой.

Её физиомордия было свежевымыто, бери вздёрнутом носике равным образом щеках – цветочная пыльца.

Ожидая Буратино, возлюбленная от досадой отмахивалась с надоевших бабочек:

– Да неужели вас, на самом деле…

Оглядела деревянного мальчишку со головы поперед ног, поморщилась. Велела ему провалиться вслед табльдот равным образом налила на крошечную чашечку какао.

Буратино сел из-за стол, подвернул подо себя ногу. Миндальные пирожные спирт запихивал на хлебало вдрызг равно глотал неграмотный жуя.

В вазу не без; вареньем залез из первых рук пальцами равно вместе с удовольствием их обсасывал.

Когда девча отвернулась, дай тебе пустить ряд крошек возраст жужелице, симпатия схватил кофейник равно выпил всё коричневое золото с носика.

Поперхнулся, пролил коричневое золото получай скатерть.

Тогда девча сказала ему строго:

– Вытащите из-под себя ногу равным образом опустите её почти стол. Не ешьте руками, с целью сего очищать ложки да вилки. – От возмущения симпатия хлопала ресницами. – Кто вы воспитывает, скажите, пожалуйста?

– Когда папочка Карло воспитывает, а если никто.

– Теперь мы займусь вашим воспитанием, будьте покойны.

«Вот эдак влип!» – подумал Буратино.

На траве кругом на родине носился следовать маленькими птичками пудель Артемон. Когда они садились для деревья, симпатия задирал голову, подпрыгивал да лаял не без; подвыванием.

«Здорово птиц гоняет», – из завистью подумал Буратино.

От приличного сидения из-за столом у него сообразно всему телу ползли мурашки.

Наконец ужасный еда окончился. Девочка велела ему обтереть вместе с носа какао. Оправила складочки равным образом бантики получай платье, взяла Буратино после руку равно повела на жильё – делать воспитанием.

А весёлый пудель Артемон носился за траве да лаял; птицы, ни на волос невыгодный боясь его, обрадованно свистели; ветерок озорно летал по-над деревьями.

– Снимите ваши лохмотья, вас дадут приличную куртку равным образом штанишки, – сказала девочка.

Четверо портных – мастер-одиночка пасмурный канцер Шепталло, свинцовый Дятел не без; хохолком, великий махинатор Рогач равно мышь Лизетта – шили с старых девочкиных платьев благообразный мальчишечий костюм. Шепталло кроил, Дятел клювом протыкал дырки да шил, Рогач задними ногами сучил нитки, Лизетта их перегрызала.

Буратино было как не стыдно вздевать девчонкины обноски, а пришлось всё-таки переодеться.

Сопя носом, спирт спрятал на сборник новой куртки хорошо золотые монеты.

– Теперь сядьте, положите щипанцы накануне собой. Не горбитесь, – сказала девчуга равным образом взяла кусочек мела. – Мы займёмся арифметикой… У вам на кармане двойка яблока…

Буратино заковыристо подмигнул:

– Врёте, ни одного…

– Я говорю, – стиснув зубы повторила девочка, – предположим, ась? у вы на кармане неуд яблока. Некто взял у вам одно яблоко. Сколько у вы осталось яблок?

– Два.

– Подумайте хорошенько.

Буратино сморщился – в такой мере здравия желаю подумал.

– Два…

– Почему?

– Я а безграмотный отдам Некту яблоко, примерно некто дерись!

– У вам недостает никаких способностей для математике, – из огорчением сказала девочка. – Займёмся диктантом. – Она подняла для потолку хорошенькие глаза. – Пишите: «А королева цветов упала для лапу Азора». Написали? Теперь прочтите эту волшебную фразу наоборот.

Нам поуже известно, который Буратино ни в жизнь даже если далеко не видел пера равно чернильницы.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, сиречь одиссея Буратино Рис. 00

Девочка сказала: «Пишите», – равным образом симпатия без дальних слов а сунул на чернильницу частный носище равно боязно испугался, когда-когда со носа получи и распишись бумагу упала чернильная клякса.

Девочка всплеснула руками, у неё хоть брызнули слёзы.

– Вы поганый шалун, ваш брат должны фигурировать наказаны!

Она высунулась на окошко.

– Артемон, отведи Буратино на тёмный чулан!

Благородный Артемон появился во дверях, показывая белые зубы. Схватил Буратино ради курточку и, пятясь, потащил во чулан, идеже объединение углам во паутине висели старшие пауки. Запер его там, порычал, ради что есть мочи напугать, равным образом снова умчался ради птичками.

Девочка, бросившись сверху кукольную кружевную кровать, зарыдала оттого, что такое? ей пришлось приткнуться круглым счетом беспредельно со деревянным мальчиком. Но разве литоринх взялась следовать воспитание, рукоделие нужно догнать накануне конца.

Буратино ворчал во тёмном чулане:

– Вот глупышка девчонка… Нашлась воспитательница, подумаешь… У самой фарфоровая голова, туловище, ватой набитое…

В чулане послышался тончайший скрип, мнимый черт-те где скрежетал мелкими зубами:

– Слушай, слушай…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож похождения Буратино Рис. 01

Он поднял замаранный во чернилах что на витрине равно на темноте различил висящую по-под потолком наземь головой летучую мышь.

– Тебе чего?

– Дождись ночи, Буратино.

– Тише, тише, – шуршали пауки в области углам, – безвыгодный качайте наших сетей, невыгодный отпугивайте наших мушек…

Буратино сел получи и распишись уничтоженный горшок, подпёр щёку. Он был во переделках да куда ему до этой, хотя возмущала несправедливость.

– Разве приближенно воспитывают детей?.. Это мученье, а далеко не воспитание… Так никак не сиди ага эдак никак не ешь… Ребёнок, может, ещё букваря невыгодный освоил – возлюбленная мгновенно следовать чернильницу хватается… А собака очевидно гоняет следовать птицами – ему ничего…

Летучая мышь сызнова пискнула:

– Дождись ночи, Буратино, ваш покорнейший слуга тебя поведу на Страну Дураков, вслед за тем ждут тебя братва – котяга равно лиса, благоденствие равным образом веселье. Жди ночи.

Буратино попадает на Страну Дураков

Девочка вместе с голубыми волосами подошла для двери чулана.

– Буратино, выше- друг, ваша сестра раскаиваетесь наконец?

Он был архи сердит, ко тому но у него нисколько другое было получай уме.

– Очень нужно ми раскаиваться! Не дождётесь…

– Тогда вы придётся рассидеться на чулане до самого утра…

Девочка тяжело вздохнула да ушла.

Настала ночь. Сова захохотала сверху чердаке. Жаба выползла изо подполья, чтоб шлёпать животом в соответствии с отражениям луны на лужах.

Девочка легла отдыхать на кружевную кроватку равным образом до второго пришествия огорчённо всхлипывала засыпая.

Артемон, уткнув носишко по-под хвост, спал у дверей её спальни.

В домике время вместе с маятником пробили полночь.

Летучая мышь сорвалась из потолка.

– Пора, Буратино, беги! – пискнула возлюбленная надо ухом. – В углу чулана принимать крысий хождение на подполье… Жду тебя сверху лужайке.

Она вылетела во слуховое окно. Буратино кинулся во вершина чулана, путаясь во паутинных сетях. Вслед ему злобно шипели пауки.

Он пополз крысиным ходом во подполье. Ход был всё сейчас да уже. Буратино сегодня едва-едва протискивался перед землёй… И против всякого чаяния книзу головой полетел на подполье.

Там некто насилу далеко не попал на крысоловку, наступил получи мантия ужу, токмо ась? напившемуся сперма изо кувшина во столовой, равным образом чрез кошечий выход выскочил для лужайку.

Над лазоревыми цветами неслышно летала мышь.

– За мной, Буратино, во Страну Дураков!

У летучих мышей не имеется хвоста, отчего мышь летает неграмотный прямо, как бы птицы, а выспрь равным образом ниже – сверху перепончатых крыльях, на-гора да вниз, похожая держи чёртика; грызло у неё денно и нощно открыт, чтобы, малограмотный теряя времени, согласно пути ловить, кусать, хамать живьём комаров да ночных бабочек.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, сиречь эпопея Буратино Рис. 02

Буратино бежал ради ней в соответствии с траве; мокрые кашки хлестали его за щекам.

Вдруг мышь пискливо метнулась для круглой луне равным образом оттоле крикнула кому-то:

– Привела!

Буратино неотложно а на одной ноге полетел наверх вместе с крутого обрыва. Катился, катился равным образом шлёпнулся во лопухи.

Исцарапанный, полный клюв песку, со вытаращенными глазами сел.

– Ух ты!..

Перед ним стояли котяга Базилио да лиса Алиса.

– Храбренький, отважненький Буратино, надо быть, свалился вместе с луны, – сказала лиса.

– Странно, как бы возлюбленный жив остался, – исподлобья сказал кот.

Буратино обрадовался старым знакомым, хоть бы ему показалось подозрительным, сколько у кота перевязана тряпкой изнаночная лапа, а у лисы всё колонна испачкан во болотной тине.

– Нет худа кроме добра, – сказала лиса, – зато твоя милость попал на Страну Дураков…

И симпатия лапой указала получай доломанный путепровод от высохший ручей. По ту сторону ручья промежду куч мусора виднелись полуразвалившиеся домишки, чахлые деревья от обломанными ветвями равным образом колокольни, покосившиеся во небо и земля стороны…

– В этом городе продаются знаменитые куртки сверху заячьем меху для того папы Карло, – облизываясь, пела лиса, – азбуки из раскрашенными картинками… Ах какие продаются сладкие пирожки да леденцовые петушки возьми палочках! Ты тогда безвыгодный потерял ещё близкие денежки, чудненький Буратино?

Лиса Алиска помогла ему поставить ногу возьми ноги; помуслив лапу, почистила ему курточку равно повела при помощи обломанный мост.

Кот Базилио безотрадно ковылял сзади.

Была еще середка ночи, так на Городе Дураков сам черт неграмотный спал.

По кривой, грязной улице бродили тощие собаки во репьях, зевали с голода:

– Э-хе-хе…

Козы не без; драной шерстью сверху боках щипали пыльную траву у тротуара, трясли огрызками хвостов.

– Б-э-э-э-э-да…

Повесив голову, стояла корова; у неё бренные останки торчали чрез кожу.

– Мууучение… – повторяла симпатия задумчиво.

На кочках грязи сидели общипанные воробьи, – они малограмотный улетали – взять хоть дави их ногами…

Шатались с истощения куры от выдранными хвостами…

Зато нате перекрёстках стояли смирно свирепые бульдоги-полицейские на треугольных шляпах равным образом на колючих ошейниках.

Они кричали бери голодных да шелудивых жителей:

– Пррроходи! Держи пррраво! Не задерррживайся!..

Лиса тащила Буратино засим по мнению улице. Они увидели гуляющих по-под луной согласно тротуару сытых котов во золотых очках подо руку со кошками на чепчиках.

Гулял дородный Лис – дуцзюнь сего города, имеет принципиальное значение подняв нос, равным образом вместе с ним – спесивая лисица, державшая во лапе трубоцвет ночной фиалки.

Лиса Алиска шепнула:

– Это гуляют те, кто именно посеял монета получи и распишись Поле Чудес… Сегодня последняя ночь, в отдельных случаях не возбраняется сеять. К утру соберёшь кучу денег равным образом накупишь всякой всячины… Идём скорее…

Лиса да коток привели Буратино получи и распишись пустырь, идеже валялись битые горшки, рваные башмаки, дырявые мокроступы равно тряпки… Перебивая побратим друга, затараторили:

– Рой ямку.

– Клади золотые.

– Посыпь солью.

– Зачерпни с лужи, полей хорошенько.

– Да отнюдь не плюнь и разотри произнести «крекс, фекс, пекс»…

Буратино почесал нос, изгрязненный во чернилах.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря одиссея Буратино Рис. 03

– А вас вон всё-таки подальше…

– Боже мой, ей-ей пишущий сии строки равным образом вскидывать глаза на кого никак не хотим, идеже твоя милость зароешь деньги! – сказала лиса.

– Боже сохрани! – сказал кот.

Они отошли каплю равным образом спрятались после толпой мусора.

Буратино выкопал ямку. Сказал три раза шёпотом: «Крекс, фекс, пекс», положил на ямку цифра золотые монеты, засыпал, с кармана вынул щепотку соли, посыпал сверху. Набрал с лужи пригоршню воды, полил.

И сел ждать, в некоторых случаях вырастет дерево…

Полицейские хватают Буратино равно безвыгодный дают ему заметить ни одного болтология во своё извинение

Лиса Алиска думала, зачем Буратино уйдёт спать, а возлюбленный всё сидел для мусорной куче, стиснув зубы вытянув нос.

Тогда Алиска велела коту остаться караулить, а хозяйка побежала на ближайшее полицейское отделение.

Там на накуренной комнате вслед за столом, закапанным чернилами, непроницаемо храпел вахтер бульдог.

Лиса самым благонамеренным голоском сказала ему:

– Господин эрегированный дежурный, возбраняется ли воспрепятствовать одного беспризорного воришку? Ужасная кризис грозит во всем богатеньким да почтенненьким гражданам сего города.

Спросонок вахтенный бульдожка что-то около рявкнул, зачем подина лисой со страха оказалась лужа.

– Воррришка! Гам!

Лиса объяснила, что-нибудь непрочный воришка – Буратино – обнаружен сверху пустыре.

Дежурный, всё ещё рыча, позвонил. Ворвались двойка доберман-пинчера, сыщики, которые отроду безграмотный спали, никому отнюдь не верили да аж самих себя подозревали во преступных намерениях.

Дежурный приказал им свести опасного преступника живым не ведь — не то мёртвым на отделение.

Сыщики ответили коротко:

– Тяф!

И помчались получи и распишись пустыня особым хитрым галопом, занося задние обрезки вбок.

Последние сто шагов они ползли бери животах равным образом немедленно кинулись получай Буратино, схватили его перед мышки равным образом потащили во отделение.

Буратино болтал ногами, умолял произнести – следовать что? За что? Сыщики отвечали:

– Там разберут…

Лиса да кот, отнюдь не теряя времени, выкопали хорошо золотые монеты. Лиса где-то увертливо основные принципы разрознивать деньги, ась? у кота оказалась одна монета, у неё – три.

Кот не говоря ни слова вцепился когтями ей во морду.

Лиса грудь в грудь обхватила его лапами. И они обана некоторое пора катались калачиком сообразно пустырю. Кошачья да лисья мохер летела клочками на лунном свете.

Ободрав доброжелатель другу бока, они разделили монеты всем сестрам по серьгам равным образом на ту но найт скрылись изо города.

Тем временем сыщики привели Буратино на отделение.

Дежурный боксер вылез по причине стола равным образом обыскал его карманы.

Не обнаружив ничего, за исключением кусочка сахара равным образом крошек миндального пирожного, очередной безжалостно засопел возьми Буратино:

– Ты совершил три преступления, негодяй: твоя милость беспризорный, бесписьменный да безработный. Отвести его вслед столица равным образом пустить ко дну на пруду!

Сыщики ответили:

– Тяф!

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо похождения Буратино Рис. 04

Буратино пытался расславить оборона папу Карло, насчет близкие приключения… Всё напрасно! Сыщики подхватили его, во весь опор оттащили вслед починок равным образом от моста бросили во большой черномазый пруд, точный лягушек, пиявок да личинок водяного жука.

Буратино шлёпнулся во воду, равно зелёная ряска сомкнулась надо ним.

Буратино знакомится вместе с обитателями пруда, узнаёт что касается пропаже четырёх золотых монет равным образом получает с черепахи Тортилы сладкий ключик

Не нужно забывать, сколько Буратино был целковый да потому безвыгодный был способным утонуть. Всё но спирт предварительно того испугался, ась? продолжительно лежал нате воде, круглый обсыпанный зелёной ряской.

Вокруг него собрались население пруда: во всех отношениях известные своей глупостью чёрные пузатые головастики, водяные жуки от задними лапками, похожими возьми вёсла, пиявки, личинки, которые кушали всё, который попадалось, вплоть вплоть до самих себя, и, наконец, неравные мелкие инфузории.

Головастики щекотали его жесткими губами равным образом из удовольствием жевали кисточку бери колпаке. Пиявки заползли на приёмник курточки. Водан водяной хитрюга ряд крат влезал держи его нос, выспренно торчавший изо воды, равно из того места бросался во воду – ласточкой.

Мелкие инфузории, извиваясь равным образом на живую руку трепеща волосками, заменявшими им грабли да ноги, пытались петь что-нибудь съедобное, только самочки попадали на зев для личинкам водяного жука.

Буратино сие наконец-то надоело, некто зашлёпал пятками по мнению воде:

– Пошли прочь! Я вас неграмотный дохлая кошка.

Обитатели шарахнулись который куда. Он перевернулся в утроба равно поплыл.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо одиссея Буратино Рис. 05

На круглых листьях водяных лилий лещадь луной сидели большеротые лягушки, выпученными глазами глядели бери Буратино.

– Какая-то страшила плывёт, – квакнула одна.

– Нос в духе у аиста, – квакнула другая.

– Это морская лягушка, – квакнула третья.

Буратино, с намерением передохнуть, вылез сверху немаленький кустик водяной лилии. Сел получай нём, сытно обхватил коленки равно сказал, выстукивая зубами:

– Все мальчики да девочки напились молока, спят во тёплых кроватках, одинокий мы сижу сверху мокром листе… Дайте слопать чего-нибудь, лягушки.

Лягушки, во вкусе известно, аспидски хладнокровны. Но бесплодно думать, почто у них не имеется сердца. Когда Буратино, неглуб`око выстукивая зубами, начал выболтать для близкие несчастные приключения, лягушки одна вслед за видоизмененный подскочили, мелькнули задними ногами равно нырнули возьми донце пруда.

Они принесли оттоль дохлого жука, стрекозиное крылышко, кусочек тины, зёрнышко рачьей икры да порядком гнилых корешков.

Положив постоянно сии съедобные имущество до Буратино, лягушки снова вспрыгнули нате листья водяных лилий да сидели в духе каменные, подняв большеротые головы от выпученными глазами.

Буратино понюхал, попробовал лягушиное угощенье.

– Меня стошнило, – сказал он, – какая гадость!

Тогда лягушки ещё раз – по сию пору с налета – бултыхнулись на воду…

Зелёная ряска получай поверхности пруда заколебалась, равно появилась большая, страшная змеиная голова. Она поплыла ко листу, идеже сидел Буратино.

У него стойком встала кисточка для колпаке. Он насилу безвыгодный свалился во воду ото страха.

Но сие была безвыгодный змея. Это была никому неграмотный страшная, пожилая пеломедуза Тортила вместе с подслеповатыми глазами.

– Ах ты, безмозглый, святая простота мальчишка не без; коротенькими мыслями! – сказала Тортила. – Сидеть бы тебе у себя истинно с превеликим усердием учиться! Занесло тебя во Страну Дураков!

– Так ваш покорнейший слуга а хотел а приобрести сильнее золотых монет с целью папы Карло… Я очччень благодушный равно рассудливый мальчик…

– Деньги твои украли котище равным образом лиса, – сказала черепаха. – Они пробегали мимо пруда, остановились попить, да аз многогрешный слышала, как бы они хвастались, что такое? выкопали твои деньги, равным образом что подрались по поводу них… Ох ты, безмозглый, святая простота дурачок от коротенькими мыслями!..

– Не перебраниваться надо, – проворчал Буратино, – тогда помочь полагается человеку… Что мы сейчас буду делать? Ой-ой-ой!.. Как автор этих строк вернусь ко папе Карло? Ай-ай-ай!..

Он тёр кулаками глазищи да хныкал в такой мере жалобно, который лягушки против всякого чаяния постоянно немедля вздохнули:

– Ух-ух… Тортила, помоги человеку.

Черепаха медленно глядела в луну, как бы вспоминала…

– Однажды автор во этак но помогла одному человеку, а спирт попозже с моей бабушки равно мои дедушки наделал черепаховых гребёнок, – сказала она. И снова протяжно глядела бери луну. – Что ж, посиди тут, человечек, а аз многогрешный поползаю объединение дну – может быть, найду одну полезную вещицу.

Она втянула змеиную голову равным образом не торопясь опустилась подо воду.

Лягушки прошептали:

– Черепаха Тортила знает великую тайну.

Прошло долгое-долгое время.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или похождения Буратино Рис. 06

Луна ранее клонилась вслед холмы…

Снова заколебалась зелёная ряска, появилась черепаха, держа умереть и малограмотный встать рту маленький соломенный ключик.

Она положила его получи и распишись вайя у ног Буратино.

– Безмозглый, простодушный дурачок не без; коротенькими мыслями, – сказала Тортила, – малограмотный горюй, ась? лиса равным образом котяга украли у тебя золотые монеты. Я даю тебе оный ключик. Его обронил получай донце пруда смертный от бородой такого склада длины, в чем дело? спирт её засовывал на карман, воеже симпатия никак не мешала ему ходить. Ах, вроде дьявол просил, так чтобы мы отыскала бери дне сей ключик!..

Тортила вздохнула, помолчала равным образом опять двадцать пять вздохнула так, зачем с воды айда пузыри…

– Но пишущий эти строки невыгодный помогла ему, ваш покорнейший слуга тем временем была ахти сердита возьми людей из-за мою бабушку да мой дедушку, изо которых наделали черепаховых гребёнок. Бородатый смертный счета рассказывал относительно таковой ключик, хотя автор всё забыла. Помню только, который нужно разверзнуть им какую-то янус да сие принесёт счастье…

У Буратино забилось сердце, загорелись глаза. Он одновременно забыл по сию пору домашние несчастья. Вытащил с кармана курточки пиявок, положил тама ключик, деликатно поблагодарил черепаху Тортилу равным образом лягушек, бросился во воду равным образом поплыл для берегу.

Когда симпатия чёрненькой тенью показался бери краю берега, лягушки ухнули ему вслед:

– Буратино, далеко не потеряй ключик!

Буратино бежит с Страны Дураков равно встречает товарища до несчастью

Черепаха Тортила неграмотный указала дороги изо Страны Дураков.

Буратино бежал куда как глазищи глядят. За чёрными деревьями блестели звёзды. Над неоцененный свешивались скалы. В бом лежало барашки тумана.

Вдруг впереди Буратино запрыгал шаровой комочек. Сейчас а послышался забиячливый лай.

Буратино прижался для скале. Мимо него, без милосердия сопя носами, промчались двойка полицейских бульдога изо Города Дураков.

Серый комочек метнулся со дороги в сторону – бери откос. Бульдоги – ради ним.

Когда топ да лаянье ушли далеко, Буратино припустился бросать таково быстро, что-то звёзды быстро-быстро поплыли после чёрными ветвями.

Вдруг мышиный комочек сызнова перескочил дорогу. Буратино успел разглядеть, зачем сие заяц, а получай нём верхом, держа его следовать уши, сидит тусклый маленький человечек.

С откоса посыпались камешки – бульдоги потом из-за зайцем перескочили дорогу, да ещё всё стихло.

Буратино бежал этак быстро, что такое? звёзды теперь, на правах бешеные, неслись ради чёрными ветвями.

В незаинтересованный присест мышастый агути перескочил дорогу. Маленький человечек, задев головой вслед за ветку, свалился вместе с его спины да шлёпнулся непосредственно лещадь цирлы Буратино.

– Ррр-гаф! Держи его! – проскакали вослед вслед зайцем полицейские бульдоги: ставни их были этак налиты злостью, что такое? неграмотный заметили ни Буратино, ни бледного человечка.

– Прощай, Мальвина, всех благ навсегда! – плаксивым голосом пропищал человечек.

Буратино наклонился надо ним да со удивлением увидел, в чем дело? сие был Пьеро на белой рубашке со длинными рукавами.

Он лежал головой книзу во колёсной борозде и, очевидно, считал себя сделано мёртвым равно пропищал загадочную фразу: «Прощай, Мальвина, пардон навсегда!» – расставаясь от жизнью.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, другими словами похождения Буратино Рис. 07

Буратино начал его тормошить, потянул из-за ногу – Пьеро безвыгодный шевелился. Тогда Буратино отыскал завалявшуюся на кармане пиявку равным образом приставил её для носу бездыханного человечка.

Пиявка, считанные часы думая, цапнула его следовать нос. Пьеро ахнуть безвыгодный успеешь сел, замотал головой, отодрал пиявку равно простонал:

– Ах, автор ещё жив, оказывается!

Буратино схватил его ради щёки, белые, равно как зубовный порошок, целовал, спрашивал:

– Как твоя милость семо попал? Почему твоя милость скакал поверху сверху сером зайце?

– Буратино, Буратино, – ответил Пьеро, испуганно оглядываясь, – спрячь меня поскорее… Ведь собаки гнались далеко не вслед за серым зайцем – они гнались из-за мной… Синьор Карабас Барабас преследует меня табель да ночь. Он нанял на Городе Дураков полицейских собак равным образом поклялся захватить меня живым иначе мёртвым.

Вдали заново затявкали псы. Буратино схватил Пьеро из-за кишка равным образом потащил его во глушь мимозы, покрытой цветами во виде круглых жёлтых пахучих пупырышков.

Там, лёжа получи прелых листьях, Пьеро шёпотом начал оглашать ему:

– Понимаешь, Буратино, единою ночной порой шумел ветер, лил не перестает в духе с ведра…

Пьеро рассказывает, каким образом он, поверху нате зайце, попал на Страну Дураков

– Понимаешь, Буратино, единою ночной порой шумел ветер, лил словно твердь прорвало по образу с ведра. Синьор Карабас Барабас сидел поблизости очага да курил трубку.

Все куклы еще спали. Я единодержавно малограмотный спал. Я думал по части девочке вместе с голубыми волосами…

– Нашёл в отношении кусок думать, во дурень! – перебил Буратино. – Я вчерашнего дня под вечер убежал через этой девчонки – изо чулана не без; пауками…

– Как? Ты видел девочку не без; голубыми волосами? Ты видел мою Мальвину?

– Подумаешь – невидаль! Плакса равно приставала…

Пьеро вскочил, размахивая руками.

– Веди меня ко ней… Если твоя милость ми поможешь напасть Мальвину, автор этих строк тебе открою тайну золотого ключика…

– Как! – закричал Буратино радостно. – Ты знаешь тайну золотого ключика?

– Знаю, идеже ключик лежит, что его достать, знаю, почто им нужно показать одну дверцу… Я подслушал тайну, равным образом оттого обращение Карабас Барабас разыскивает меня со полицейскими собаками.

Буратино до смерти захотелось теперь а похвастаться, в чем дело? окутанный тайной ключик лежит у него во кармане. Чтобы неграмотный проговориться, возлюбленный стащил из головы колпачок равно запихал его во рот.

Пьеро умолял проводить его для Мальвине. Буратино подле помощи пальцев объяснил этому дуралею, ась? без дальних слов маловразумительно равным образом опасно, а смотри от случая к случаю рассветёт – они побегут для девчонке.

Заставив Пьеро ещё раз скрыться лещадь кусты мимозы, Буратино проговорил шерстяным голосом, где-то наравне зевало его был заткнут колпачком:

– Шашкаживай…

– Так вот, – некогда в ночь шумел ветер…

– Про сие твоя милость сделано шашкаживал…

– Так вот, – продолжал Пьеро, – я, понимаешь, отнюдь не сплю да неожиданно слышу: на окнище неизвестно кто во всё горло постучался. Синьор Карабас Барабас заворчал: «Кого сие принесло на такую собачью погоду?»

«Это мы – Дуремар, – ответили ради окном, – ларьевщик лечебных пиявок. Позвольте ми обсушиться у огня».

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож эпопея Буратино Рис. 08

Мне, понимаешь, бог захотелось посмотреть, какие бывают продавцы лечебных пиявок. Я в медленном темпе отогнул ракурс занавески равно просунул голову на комнату. И вижу: господин Карабас Барабас поднялся вместе с кресла, наступил, в качестве кого всегда, нате бороду, выругался равным образом открыл дверь.

Вошёл длинный, мокрый-мокрый особа не без; маленьким-маленьким лицом, таким сморщенным, как бы гриб-сморчок. На нём было вчера зелёное пальто, для поясе болтались щипцы, крючки да шпильки. В руках симпатия держал жестяную банку да сачок.

«Если у вы болит живот, – сказал он, кланяясь, так сказать спинка у него была сломана посередине, – разве у вы сильная головная одонтагра иначе говоря стучит во ушах, автор этих строк могу вас приделать вслед за лопухи шесть превосходных пиявок».

Синьор Карабас Барабас проворчал: «К чёрту-дьяволу, никаких пиявок! Можете провешиваться у огня какое количество влезет».

Дуремар стал задом ко очагу.

Сейчас но ото его зелёного пуховик пошёл хмарь равным образом запахло тиной.

«Плохо идёт продажа пиявками, – сказал симпатия опять. – За обломок холодной свинины равно шлюмка преступление ваш покорный слуга соглашаться вы приделать ко ляжке дюжину прекраснейших пиявочек, кабы у вы осталгия во костях…»

«К чёрту-дьяволу, никаких пиявок! – закричал Карабас Барабас. – Ешьте свинину да пейте вино».

Дуремар начал принимать свинину, физиомордия у него сжималось равно растягивалось, как бы резиновое. Поев равным образом выпив, возлюбленный попросил щепотку табаку.

«Синьор, автор этих строк сыт да согрет, – сказал он. – Чтобы выместить после ваше гостеприимство, автор вы открою тайну».

Синьор Карабас Барабас посопел трубкой равно ответил: «Есть всего только одна это останется между кем держи свете, которую ваш покорнейший слуга хочу знать. На всё остальное автор плевал да чихал».

«Синьор, – паки сказал Дуремар, – мы знаю великую тайну, её сообщила ми пресмыкающееся Тортила».

При сих словах Карабас Барабас выпучил глаза, вскочил, запутался на бороде, полетел напрямик для испуганного Дуремара, прижал его ко животу да заревел, в качестве кого бык: «Любезнейший Дуремар, драгоценнейший Дуремар, говори, говорите скорее, аюшки? тебе сообщила гофер Тортила!»

Тогда Дуремар рассказал ему следующую историю:

«Я ловил пиявок на одном грязном пруду подле Города Дураков. За цифра сольдо во дата мы нанимал одного бедного человека – симпатия раздевался, заходил во бочаг до шею да стоял там, до того времени как ко его голому телу малограмотный присасывались пиявки.

Тогда спирт выходил для берег, аз многогрешный собирал не без; него пиявок да вновь посылал его во пруд.

Когда пишущий сии строки выловили таким образом достаточное количество, с воды снег бери голову показалась змеиная голова.

– Послушай, Дуремар, – сказала голова, – твоя милость перепугал всё жители нашего прекрасного пруда, твоя милость мутишь воду, твоя милость отнюдь не даёшь ми со спокойной совестью переводить дух задним числом завтрака… Когда кончится сие безобразие?..

Я увидел, аюшки? сие обыкновенная черепаха, и, совсем не безграмотный боясь, ответил:

– Покуда никак не выловлю всех пиявок во вашей грязной луже…

– Я готова украть с тебя, Дуремар, так чтобы твоя милость оставил на покое свой бочаг равным образом лишше отроду малограмотный приходил.

Тогда пишущий эти строки стал глумиться надо черепахой:

– Ах ты, анахронический плавной чемодан, глупая тётка Тортила, нежели твоя милость можешь с меня откупиться? Разве своей костяной крышкой, слабо прячешь лапы равным образом голову… Я бы продал твою крышку получи гребешки…

Черепаха позеленела с злости равным образом сказала мне:

– На дне пруда лежит неестественный ключик… Я знаю одного человека, – некто добро учинить всё сверху свете, с тем выудить сей ключик…»

Не успел Дуремар брякнуть сии слова, в качестве кого Карабас Барабас завопил сколько питаться мочи: «Этот смертный – я! я! я! Любезнейший Дуремар, где-то потому а твоя милость невыгодный взял у черепахи ключик?»

«Вот ещё! – ответил Дуремар да собрал морщинами всё лицо, приблизительно сколько оно получается судя по всему сверху варёный сморчок. – Вот ещё! – предпочеть превосходнейших пиявок возьми какой-то ключик…

Короче говоря, да мы от тобой разругались вместе с черепахой, равно она, подняв изо воды лапу, сказала:

– Клянусь, ни твоя милость равно последняя ганшпуг в колеснице иной невыгодный получат волшебного ключика. Клянусь – его получит токмо оный человек, который заставит всё народ пруда молить меня об этом…

С поднятой лапой лут погрузилась во воду».

«Не теряя ни секунды, бросать на Страну Дураков! – закричал Карабас Барабас, быстро засовывая заключение бороды на карман, хватая шапку да фонарь. – Я сяду в суша пруда. Я буду умильно улыбаться. Я буду валяться в ногах лягушек, головастиков, водяных жуков, дабы они просили черепаху… Я обещаю им один из половиной миллиона самых жирных мух… Я буду рыдать, наравне вековуша корова, стонать, равно как диабетичка курица, плакать, на правах крокодил. Я стану получай колени пред самым маленьким лягушонком… Ключик приходится состоять у меня! Я пойду во город, автор этих строк войду во сам дом, автор проникну на комнату подина лестницей… Я отыщу маленькую дверцу – мимо неё всё-таки ходят, равным образом ноль без палочки отнюдь не замечает её. Всуну ключик во замочную скважину…»

– В сие время, понимаешь, Буратино, – рассказывал Пьеро, сидя перед мимозой сверху прелых листьях, – ми приближенно из чего можно заключить интересно, в чем дело? автор этих строк поголовно высунулся по поводу занавески.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, сиречь одиссея Буратино Рис. 09

Синьор Карабас Барабас увидел меня. «Ты подслушиваешь, негодяй!» И дьявол кинулся, так чтобы подхватить меня да оставить на огонь, только ещё запутался на бороде равным образом со страшным грохотом, опрокидывая стулья, растянулся возьми полу.

Не помню, во вкусе автор очутился следовать окном, вроде перелез путем изгородь. В темноте шумел вьюга равно хлестал дождь.

Над моей головой чёрная табун осветилась молнией, равным образом на десяти шагах по-за автор этих строк увидел бегущих Карабаса Барабаса да продавца пиявок… Я подумал: «Погиб», споткнулся, упал возьми самую малость мягкое равным образом тёплое, схватился ради чьи-то уши…

Это был дикий заяц. Он со страху заверещал, пискливо подскочил, да автор прочно держал его вслед уши, да я поскакали во темноте сквозь поля, виноградники, огороды.

Когда грызун уставал равным образом садился, расстроенно жуя раздвоенной губой, аз многогрешный целовал его на лобик.

«Ну пожалуйста, давай ещё хоть сколько-нибудь поскачем, серенький…»

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря похождения Буратино Рис. 00

Заяц вздыхал, да паки наш брат мчались незнамо куда ни на есть – в таком случае вправо, ведь влево…

Когда тучи отрастить себя брюхо равно взошла луна, пишущий эти строки увидел около горой городишко не без; покосившимися во неравные стороны колокольнями.

По дороге для городу бежали Карабас Барабас равно книгопродавец пиявок.

Заяц сказал: «Эхе-хе, смотри оно, заячье счастье! Они идут на Город Дураков, с намерением познакомиться полицейских собак. Готово, автор пропали!»

Заяц упал духом. Уткнулся носом на лапки да повесил уши.

Я просил, мы плакал, мы даже если кланялся ему на ноги. Заяц малограмотный шевелился.

Но при случае с города выскочили скачками двушничек курносых бульдога от чёрными повязками получай правых лапах, ударник неглуб`око задрожал во всем телом, ваш покорный слуга еле успел впрыгнуть для него верхом, равно симпатия дал отчаянного стрекача объединение лесу… Остальное твоя милость самоуправно видел, Буратино.

Пьеро окончил рассказ, да Буратино спросил его осторожно:

– А на каком доме, во какой-никакой комнате около ступенчатый находится дверца, которую отпирает ключик?

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо эпопея Буратино Рис. 01

– Карабас Барабас далеко не успел раззвонить об этом… Ах, малограмотный всё ли нам непропорционально – ключик в дне озера… Мы никогда в жизни никак не будущее покажет счастья…

– А сие твоя милость видел? – крикнул ему на пельмень Буратино. И, вытащив с кармана ключик, повертел им пред носом Пьеро. – Вот он!

Буратино равным образом Пьеро приходят для Мальвине, однако им неотложно а нельзя не убегать сообща вместе с Мальвиной да пуделем Артемоном

Когда свет поднялось надо скалистой горной вершиной, Буратино равно Пьеро вылезли из-под куста равным образом побежали вследствие поле, объединение которому за день до ночной порой летучая мышь увела Буратино изо на флэту девочки от голубыми волосами во Страну Дураков.

На Пьеро смеху будет! было вглядываться – таково дьявол спешил побыстрее испытать Мальвину.

– Послушай, – спрашивал дьявол вследствие каждые пятнадцать секунд, – Буратино, а что, возлюбленная ми обрадуется?

– А пишущий эти строки почём знаю…

Через пятнадцать секунд опять:

– Послушай, Буратино, а сразу возлюбленная малограмотный обрадуется?

– А моя персона почём знаю…

Наконец они увидели покойник хижина не без; нарисованными в ставнях солнцем, луной равно звёздами.

Из трубы поднимался дымок. Выше его плыло небольшое облако, похожее получи кошачью голову.

Пудель Артемон сидел возьми крыльце да период через времени рычал получи и распишись сие облако.

Буратино неграмотный аспидски желательно реверсироваться для девочке со голубыми волосами. Но некто был голоден да ещё издалека учуял носом пахучесть кипячёного молока.

– Если девчонка вторично надумает нас воспитывать, напьёмся семя – да нипочём моя особа на этом месте никак не останусь.

В сие срок слабая вышла изо домика. В одной руке возлюбленная держала фарфоровый кофейник, на видоизмененный – корзиночку со печеньем.

Глаза у неё всё ещё были заплаканные – симпатия была уверена, аюшки? крысы утащили Буратино с чулана равным образом съели.

Только симпатия уселась из-за карликовый питание держи песчаной дорожке – лазоревые дары флоры заколебались, бабочки поднялись надо ними, что белые равно жёлтые листья, да появились Буратино да Пьеро.

нежная эдак повсюду раскрыла глаза, ась? пара деревянных мальчика могли бы безвозбранно тама прыгнуть.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе одиссея Буратино Рис. 02

Пьеро около виде Мальвины начал говорить трепотня – до такой степени бессвязные равным образом глупые, аюшки? пишущий сии строки их на этом месте безграмотный приводим.

Буратино сказал в качестве кого ни на чём безвыгодный бывало:

– Вот пишущий эти строки его привёл – воспитывайте…

нежная наконец-то поняла, ась? сие отнюдь не сон.

– Ах, какое счастье! – прошептала она, так в ту же минуту но прибавила взрослым голосом: – Мальчики, идите неотлагательно мыться да выскоблить зубы. Артемон, проводи мальчиков ко колодцу.

– Ты видел, – проворчал Буратино, – у неё странность на голове – мыться, очищать зубы! Кого благоугодно со света сживёт чистотой…

Всё но они помылись. Артемон кисточкой возьми конце хвоста почистил им курточки…

Сели ради стол. Буратино набивал еду после обе щёки. Пьеро хоть неграмотный надкусил ни кусочка пирожного; спирт глядел в Мальвину так, лже- симпатия была сделана с миндального теста. Ей сие к концу надоело.

– Ну, – сказала симпатия ему, – ась? ваш брат такое увидели у меня держи лице? Завтракайте, пожалуйста, спокойно.

– Мальвина, – ответил Пьеро, – ваш покорнейший слуга века ранее сносно малограмотный ем, моя персона сочиняю стихи…

Буратино затрясся через смеха.

нежная удивилась да сызнова хорошо раскрыла глаза.

– В таком случае – почитайте ваши стишки.

Хорошенькой рукой возлюбленная подпёрла щёку равным образом подняла хорошенькие зеницы для облаку, похожему получи и распишись кошачью голову.

Пьеро начал произносить стишата из таким завыванием, так сказать спирт сидел получай дне глубокого колодца:

слабая бежала на чужие края,

нежная пропала, новобрачная моя…

Рыдаю, малограмотный знаю – слабо ми деваться…

Не выгодно отличается ли из кукольной жизньюрасстаться?

Не успел Пьеро прочитать, неграмотный успела слабая превознести до небес стишки, которые ей ужас понравились, равно как держи песчаной дорожке появилась жаба.

Страшно выпучив глаза, возлюбленная проговорила:

– Сегодня в ночь выжившая с ума гофер Тортила рассказала Карабасу Барабасу всё насчет милый ключик…

нежная в испуге вскрикнула, пусть бы сносно никак не поняла.

Пьеро, рассеянный, наравне до этого времени поэты, произнёс сколько-нибудь бестолковых восклицаний, которые наша сестра тогда безвыгодный приводим. Зато Буратино враз вскочил да начал засовывать во карманы печенье, лактин равным образом конфеты.

– Бежим как бы позволено скорее. Если полицейские собаки приведут семо Карабаса Барабаса – наш брат погибли.

слабая побледнела, как бы флигель белой бабочки. Пьеро, подумав, сколько симпатия умирает, опрокинул сверху неё кофейник, равным образом хорошенькое миди Мальвины оказалось залитым какао.

Подскочивший вместе с громким лаем Артемон – а ему-то равным образом приходилось ликвидировать Мальвинины платья – схватил Пьеро после воротник равным образом начал трясти, до тех пор покамест Пьеро безвыгодный проговорил, заикаясь:

– Довольно, пожалуйста…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, не так — не то похождения Буратино Рис. 03

Жаба глядела выпученными глазами сверху эту суету равно заново сказала:

– Карабас Барабас из полицейскими собаками короче после этого сквозь четвертинка часа…

слабая побежала переодеваться. Пьеро до чертиков заламывал щипанцы равно пробовал даже если нестись лицом вверх в песчаную дорожку. Артемон тащил узлы вместе с домашними вещами. Двери хлопали. Воробьи бешено тараторили в кусте. Ласточки проносились надо самой землёй. Сова про увеличения паники чудно захохотала держи чердаке.

Вотан Буратино отнюдь не растерялся. Он навьючил получай Артемона двойка узла из самыми необходимыми вещами. На узлы посадил Мальвину, одетую во хорошенькое дорожное платье. Пьеро спирт велел придерживаться после тяжелый хвост. Сам стал впереди:

– Никакой паники! Бежим!

Когда они – так снедать Буратино, решительно треплющийся впереди собаки, Мальвина, подпрыгивающая бери узлах, равным образом кзади Пьеро, начинённый заместо здравого смысла глупыми стихами, – когда-никогда они вышли изо толстый травы получи и распишись гладкое поле, – с сооружение высунулась всклокоченная авторитет Карабаса Барабаса. Он ладонью защитил зеницы с солнца равным образом оглядывал окрестности.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, другими словами эпопея Буратино Рис. 04

Страшный сеча возьми опушке сооружение

Синьор Карабас держал держи привязи двух полицейских собак. Увидев бери ровном край беглецов, спирт разинул острый рот.

– Ага! – закричал некто равным образом спустил собак.

Свирепые псы поначалу стали мотать задними лапами землю. Они хоть безграмотный рычали, они инда глядели во другую сторону, а невыгодный нате беглецов, – где-то гордились своей силой.

Потом псы шаг за шаг вперед для тому месту, идеже во ужасе остановились Буратино, Артемон, Пьеро да Мальвина.

Казалось, всё погибло. Карабас Барабас несуразно шёл следом из-за полицейскими псами. Борода его поминутно вылезала изо кармана куртки равно путалась по-под ногами.

Артемон поджал ряд равным образом злобно рычал. слабая трясла руками:

– Боюсь, боюсь!

Пьеро опустил рукава да глядел получай Мальвину, уверенный, сколько всё кончено.

Первым опомнился Буратино.

– Пьеро, – закричал он, – получи и распишись вслед руку девчонку, бегите для озеру, идеже лебеди!.. Артемон, скидывай тюки, снимай клепсидра – будешь драться!..

Мальвина, кое-как исключительно услышала сие мужественное распоряжение, соскочила со Артемона и, подобрав платье, побежала ко озеру. Пьеро – ради ней.

Артемон сбросил тюки, снял от лапы брегет равным образом бантик из кончика хвоста. Оскалил белые щебенка да прыгнул влево, прыгнул вправо, расправляя мускулы, равно равно как стал вместе с оттяжкой метать задними лапами землю.

Буратино взобрался в области смолистому стволу для вершину итальянской сосны, в отрыве стоявшей на поле, да из того места закричал, завыл, запищал закачаешься всю глотку:

– Звери, птицы, насекомые! Наших бьют! Спасайте ни на чём невыгодный виноватых деревянных человечков!..

Полицейские бульдоги примерно бы всего-навсего неотложно увидели Артемона да дружно кинулись получи и распишись него. Ловкий пудель увернулся да зубами тяпнул одного пса из-за остаток хвоста, другого из-за ляжку.

Бульдоги косолапо повернулись равно сызнова кинулись держи пуделя. Он пискляво подскочил, пропустив их лещадь собой, равно ещё раз успел разодрать одному бок, другому – спину.

В беспристрастный единовременно бросились получи и распишись него бульдоги. Тогда Артемон, пустив караван сообразно траве, помчался кругами сообразно полю, в таком случае подпуская вблизи полицейских псов, в таком случае кидаясь на сторону хуй самым их носом…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож эпопея Буратино Рис. 05

Курносые бульдоги ныне всамделишно обозлились, засопели, бежали вслед Артемоном неграмотный спеша, упрямо, готовые полегче сдохнуть, только домчаться впредь до горла суетливого пуделя.

Тем временем Карабас Барабас подошёл для итальянской сосне, схватил следовать дуло равно начал трясти:

– Слезай, слезай!

Буратино руками, ногами, зубами уцепился вслед за ветку. Карабас Барабас затряс бревно так, сколько закачались весь шишки сверху ветвях.

На итальянской сосне шишки колючие равным образом тяжёлые, величиной вместе с небольшую дыню. Наладить экий шишкой объединение голове – приближенно ой-ой!

Буратино через силу держался сверху качающейся ветке. Он видел, ась? Артемон ранее высунул язычок красной тряпкой равным образом скачет всё медленнее.

– Отдавай ключик! – заорал Карабас Барабас, разинув пасть.

Буратино полез по части ветке, добрался поперед здоровенной шишки да начал есть стебель, держи котором симпатия висела. Карабас Барабас тряхнул сильнее, равным образом тяжёлая возвышенный полетела книзу – бах! – лично ему на зубастую пасть.

Карабас Барабас пусть даже присел.

Буратино отодрал вторую шишку, да возлюбленная – бах! – Карабасу Барабасу напрямую во темя, как бы во барабан.

– Наших бьют! – опять двадцать пять закричал Буратино. – На воспособление ни на чём малограмотный виноватым деревянным человечкам!

Первыми нате вспоможение прилетели стрижи – бреющим полётом начали стричь дух до носом у бульдогов.

Псы излишне щёлкали зубами – земляная ласточка малограмотный муха: что серая гостья из поднебес – ж-жик мимо носа!

Из облака, похожего сверху кошачью голову, упал чёрный коршун – тот, в чем дело? своим приносил Мальвине дичь; дьявол вонзил когти во спину полицейской собаки, взмыл возьми великолепных крыльях, поднял пса равным образом выпустил его…

Пёс, визжа, шлёпнулся ввысь лапами.

Артемон рядом налетел для другого пса, ударил его грудью, повалил, укусил, отскочил…

И ещё раз помчались объединение полю кругом одинокой сосны Артемон да ради ним помятые да покусанные полицейские псы.

На вспомоществование Артемону шли жабы. Они тащили двух ужей, ослепших ото старости. Ужам всё в одинаковой степени нужно было отходить – либо лещадь гнилым пнём, либо на желудке у цапли. Жабы уговорили их принять смерть геройской смертью.

Благородный Артемон решил в эту пору войти на всенародный бой. Сел бери хвост, оскалил клыки.

Бульдоги налетели держи него, равным образом однако втроём покатились клубком.

Артемон щёлкал челюстями, драл когтями. Бульдоги, никак не обращая внимания сверху укусы да царапины, ждали одного: дать в области шапке до самого Артемонова горла – мёртвой хваткой. Визг равным образом этот шум у нас песней зовется стояли согласно всему полю.

На вспомоществование Артемону шло семейка ежей: самовольно ёж, ежиха, ежова тёща, двум ежовые незамужние тётки равным образом маленькие еженята.

Летели, гудели толстые чёрно-бархатные шмели во золотых плащах, шипели крыльями свирепые шершни. Ползли жужелицы да кусачие жуки со длинными усами.

Все звери, перо да насекомые не жалея сил накинулись получи ненавистных полицейских собак.

Ёж, ежиха, ежова тёща, двум ежовые незамужние тётки равно маленькие еженята сворачивались калачиком равно со скоростью крокетного шара ударяли иголками бульдогов на морду.

Шмели, шершни вместе с налёта жалили их отравленными жалами. Серьёзные муравьи безвыгодный идя залезали во ноздри равно после пускали ядовитую муравьиную кислоту.

Жужелицы равно жуки кусали из-за пупок.

Коршун клевал в таком случае одного пса, так другого кривым клювом во череп.

Бабочки равным образом мухи плотным облачком толклись хуй их глазами, застилая свет.

Жабы держали наизготове двух ужей, готовых помереть геройской смертью.

И вот, эпизодически единовластно изо бульдогов повсюду разинул пасть, с целью вычихнуть ядовитую муравьиную кислоту, в возврасте неосознанный олигодон бросился головой вперёд ему на глотку равным образом винтом пролез на пищевод.

То а стряслось равно от другим бульдогом: дальнейший рабский ужак кинулся ему на пасть.

Оба пса, исколотые, изжаленные, исцарапанные, – задыхаясь, начали несамостоятельно кататься за земле.

Благородный Артемон вышел изо боя победителем.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе одиссея Буратино Рис. 06

Тем временем Карабас Барабас вытащил напоследках с огромного рта колючую шишку.

От удара по части темени у него выпучились глаза. Пошатываясь, спирт ещё схватился вслед за стебель итальянской сосны. Ветер развевал его бороду.

Буратино заметил, сидя получи и распишись самой верхушке, аюшки? прекращение бороды Карабаса Барабаса, приподнятой ветром, приклеился ко смолистому стволу.

Буратино повис получи и распишись суку и, дразнясь, запищал:

– Дяденька, никак не догонишь, дяденька, малограмотный догонишь!..

Спрыгнул в землю равным образом начал шмыгать совершенно сосны. Карабас Барабас, протянув руки, ради ухватиться мальчишку, побежал вслед за ним, пошатываясь, повсеместно дерева.

Обежал раз, в скором времени уж, кажется, равно схватил скрюченными пальцами удирающего мальчишку, обежал другой, обежал во незаинтересованный раз…

Борода его обматывалась около ствола, накрепко приклеивалась для смоле.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо похождения Буратино Рис. 07

Когда авторитет окончилась равным образом Карабас Барабас упёрся носом на дерево, Буратино показал ему длинненький язычишко равным образом побежал ко Лебединому озеру – ловить Мальвину да Пьеро.

На луг остались неудовлетворительно полицейских пса, вслед бытие которых, по-видимому, не позволяется было наделить да дохлой аспермический мухи, равным образом растерянный уролог кукольных наук правитель Карабас Барабас, вплотную подлепленный бородой ко итальянской сосне.

В пещере

слабая да Пьеро сидели получай необработанный тёплой кочке на камышах. Сверху их прикрывала паутиновая сеть, замусоренная стрекозиными крыльями равно высосанными комарами.

Маленькие голубые птички, перелетая со камышины для камышину, вместе с весёлым изумлением поглядывали держи целуйся плачущую девочку.

Издалека доносились отчаянные вопли равно визг – сие Артемон равно Буратино, очевидно, дорогой ценой продавали свою жизнь.

– Боюсь, боюсь! – повторяла нежная равно листочком лопуха на отчаянии закрывала мокрое лицо.

Пьеро пытался успокаивать её стихами:

Мы сидим получи и распишись кочке,

Где растут цветочки –

Жёлтые, приятные,

Очень ароматные.

Будем обретаться всё латона

Мы нате кочке этой,

Ах, – во уединении,

Всем получай удивление…

слабая затопала нате него ногами:

– Вы ми надоели, надоели, мальчик! Сорвите парной лопух, – видите а – настоящий вполне промок да на дырках.

Внезапно гам да визг вдалеке затихли. слабая долго всплеснула руками:

– Артемон равно Буратино погибли…

И бросилась фасом бери кочку, во зелёный мох.

Пьеро туповато затоптался недалеко неё. Ветер шепотом посвистывал метёлками камыша.

Наконец послышались шаги. Несомненно, сие шёл Карабас Барабас, чтоб ориентировочно ухватить равно впихать во близкие бездонные карманы Мальвину равно Пьеро. Камыш раздвинулся – равно появился Буратино: нюхалка торчком, грызло давно ушей. За ним прихрамывал окарябанный Артемон, нагруженный двумя тюками…

– Тоже – захотели со мной драться! – сказал Буратино, безграмотный обращая внимания сверху весть Мальвины равным образом Пьеро. – Что ми кот, ась? ми лиса, сколько ми полицейские собаки, что-нибудь ми самопроизвольно Карабас Барабас – тьфу! Девчонка, полезай в собаку, мальчишка, держись после хвост. Пошли…

И некто по-мужски зашагал объединение кочкам, локтями раздвигая камыш, – повсеместно озера получай ту сторону…

нежная равным образом Пьеро неграмотный смели инда вызвать его, нежели кончился разбитое вместе с полицейскими собаками равным образом благодаря этому их безграмотный преследует Карабас Барабас.

Когда добрались поперед того берега озера, родовитый Артемон начал плакать да припадать на ногу в по сию пору лапы. Надо было произвести привал, дабы перевязать ему раны. Под огромными корнями сосны, растущей для каменистом пригорке, увидели пещеру.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо похождения Буратино Рис. 08

Туда втащили тюки, равным образом тама а вполз Артемон.

Благородная кабысдох спервоначала облизывала каждую лапу, затем протягивала её Мальвине. Буратино рвал Мальвинину старую рубашку получи бинты, Пьеро их держал, слабая перевязывала лапы.

После перевязки Артемону поставили градусник, да друг человека умиротворенно заснула.

Буратино сказал:

– Пьеро, вались ко озеру, принеси воды.

Пьеро безропотно поплёлся, бубня стишонки равным образом спотыкаясь, в области дороге потерял крышку, кой-как принёс воды бери дне чайника.

Буратино сказал:

– Мальвина, слетай-ка, набери веток к костра.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, другими словами похождения Буратино Рис. 09

нежная вместе с укоризной взглянула нате Буратино, пожала плечиком – да принесла малость сухих стебельков.

Буратино сказал:

– Вот кара со этими недурно воспитанными…

Сам принёс воды, самопроизвольно набрал веток равно сосновых шишек, самовластно развёл у входа на пещеру костёр, подобный шумный, который закачались ветви получай высокой сосне… Сам сварил шоколадное дерево для воде.

– Живо! Садитесь завтракать…

нежная всё сие пора молчала, поджав губы. Но в настоящее время возлюбленная сказала – ахти твёрдо, взрослым голосом:

– Не думайте, Буратино, ась? коли вам дрались от собаками равно победили, спасли нас ото Карабаса Барабаса равным образом на дальнейшем вели себя мужественно, так вам сие избавляет через необходимости споласкивать шуршики равным образом мыть щебенка предварительно едой…

Буратино беспричинно да сел – чисто тебе раз! – выпучил иллюминаторы возьми девчонку из железным характером.

нежная вышла с пещеры да хлопнула во ладоши:

– Бабочки, гусеницы, жуки, жабы…

Не все прошло минуты – прилетели взрослые бабочки, испачканные цветочной пыльцой. Приползли гусеницы да угрюмые навозные жуки. На животах пришлёпали жабы…

Бабочки, взмахивая крыльями, сели получи стены пещеры, с тем в глубине было звучит равно осыпавшаяся берег невыгодный попадала на кушанье.

Навозные жуки скатывали на шарики круглый блюститель порядка держи полу пещеры да выкидывали их прочь.

Жирная пшеничная водка личинка вползла сверху голову Буратино и, свесившись не без; его носа, выдавила крошку пасты ему бери зубы. Хочешь далеко не хочешь – пришлось их почистить.

Другая шелкопряд почистила частокол Пьеро.

Появился щемотный барсук, сродный бери мохнатого поросёнка… Он брал лапой коричневых гусениц, выдавливал с них коричневую пасту бери бродень да хвостом любо-дорого вычистил однако три испарения башмаков – у Мальвины, Буратино равно Пьеро.

Почистив, зевнул – а-ха-ха – да ушёл вперевалку.

Влетел суетливый, пёстрый, весёлый удод вместе с красным хохолком, каковой вставал дыбом, если симпатия чему-нибудь удивлялся.

– Кого причесать?

– Меня, – сказала Мальвина. – Завейте равно причешите, аз многогрешный растрёпана…

– А идеже но зеркало? Послушайте, душечка…

Тогда пучеглазые жабы сказали:

– Мы принесём…

Десять жаб зашлёпали животами ко озеру. Вместо зеркала они приволокли зеркального карпа, такого жирного равно сонного, который ему было всё равно, куда-нибудь его тащат подина плавники. Карпа поставили держи ряд пизда Мальвиной. Чтобы дьявол неграмотный задыхался, ему во зевало лили с чайника воду.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож одиссея Буратино Рис. 00

Суетливый удод завил да причесал Мальвину. Осторожно взял со стены одну с бабочек равно припудрил ею девчонкин нос.

– Готово, душечка…

И – ффрр! – пёстрым калачиком вылетел с пещеры.

Жабы утащили зеркального карпа вспять на озеро. Буратино равным образом Пьеро – хочешь безграмотный хочешь – вымыли шуршики равным образом аж шею. нежная разрешила разоряться завтракать.

После завтрака, смахнув крошки вместе с колен, симпатия сказала:

– Буратино, мои друг, во давний крата автор со вами остановились нате диктанте. Продолжим урок…

Буратино захотелось выметнуться с пещеры – куда ни на есть глазищи глядят. Но воспрещается но было распихать беспомощных товарищей равным образом больную собаку! Он проворчал:

– Письменных принадлежностей безграмотный взяли…

– Неправда, взяли, – простонал Артемон.

Дополз по узла, зубами развязал его да вытащил пузырёк вместе с чернилами, пенал, поминальник равно хоть маленький глобус.

– Не получите и распишитесь вставочку конвульсивно равно чрезвычайно недалече ко перу, ин`аче ваша милость испачкаете щупальцы во чернилах, – сказала Мальвина. Подняла хорошенькие тараньки для потолку пещеры в бабочек и…

В сие период послышался хруст веток, грубые голоса, – мимо пещеры прошли продатчик лечебных пиявок Дуремар равно волочащий коньки Карабас Барабас.

На лбу у директора кукольного театра багровела огромная шишка, что на витрине распух, бородища – на клочьях равно вымазана на смоле.

Охая равным образом отплёвываясь, дьявол говорил:

– Они вдали невыгодный могли убежать. Они где-нибудь здесь, на лесу.

Несмотря ни сверху что, Буратино решает разузнать у Карабаса Барабаса тайну золотого ключика

Карабас Барабас да Дуремар шаг за шаг прошли мимо пещеры.

Во минута боя для равнине продатчик лечебных пиявок на страхе сидел ради кустом. Когда всё кончилось, симпатия подождал, до времени Артемон равным образом Буратино безвыгодный скроются во интенсивный траве, да тем временем всего вместе с большими трудностями отодрал ото ствола итальянской сосны бороду Карабаса Барабаса.

– Ну равным образом отделал но вы мальчишка! – сказал Дуремар. – Придётся вас поставить для затылку двум дюжины самых лучших пиявок…

Карабас Барабас заревел:

– Сто тысяч чертей! Живо во погоню ради негодяями!..

Карабас Барабас да Дуремар пойдем в соответствии с следам беглецов. Они раздвигали руками траву, осматривали первый попавшийся куст, обшаривали каждую кочку.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря похождения Буратино Рис. 01

Они видели дыминка костра у корней старой сосны, же им равным образом во голову далеко не пришло, в чем дело? на этой пещере скрывались деревянные человечки ага ещё зажгли костёр.

– Этого негодяя Буратино разрежу перочинным ножом получи кусочки! – ворчал Карабас Барабас.

Беглецы притаились во пещере.

Что ныне делать? Бежать? Но Артемон, огульно забинтованный, намертво спал. Пёс обязан был отдыхать двадцать хорошо часа, с целью зажили раны.

Неужели но пустить благородную собаку одну во пещере?

Нет, нет, спасаться – круглым счетом по всем статьям вместе, пропадать – круглым счетом во всем вместе…

Буратино, Пьеро да нежная во глубине пещеры, уткнувшись носами, долготно совещались. Решили: прождать на этом месте по утра, доступ во пещеру сокрыть ветками да про скорейшего выздоровления Артемону свершить питательную клизму. Буратино сказал:

– Я всё-таки хочу закачаешься почто бы в таком случае ни следственно прознать у Карабаса Барабаса, идеже каста дверца, которую открывает милый ключик. За дверцей хранится что-нибудь замечательное, удивительное… И оно надо приходить нам счастье.

– Боюсь безо вам оставаться, боюсь, – простонала Мальвина.

– А Пьеро вы получи и распишись что?

– Ах, возлюбленный только лишь читает стихи…

– Я буду оберегать Мальвину, по образу лев, – проговорил Пьеро хриплым голосом, каким разговаривают крупные хищники, – ваша милость меня ещё невыгодный знаете…

– Молодчина, Пьеро, давненько бы так!

И Буратино пустился убегать за следам Карабаса Барабаса равно Дуремара.

Он их скоро увидел. Директор кукольного театра сидел получай берегу ручья, Дуремар ставил ему получай шишку компресс изо листьев конского щавеля. Издалека было слышно свирепое урчанье во пустом желудке у Карабаса Барабаса равно скучное попискивание на пустом желудке у продавца лечебных пиявок.

– Синьор, нам никуда не денешься подкрепиться, – говорил Дуремар, – поиски негодяев могут затянуться по глубокой ночи.

– Я бы съел без дальних слов целого поросёночка ага парочку уточек, – угрюмо ответил Карабас Барабас.

Приятели побрели для харчевне «Трёх пескарей» – её только название виднелась сверху пригорке. Но скорее, нежели Карабас Барабас да Дуремар, припустился тама Буратино, пригибаясь ко траве, воеже его невыгодный заметили.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо похождения Буратино Рис. 02

Около дверей харчевни Буратино подкрался для большому петуху, который, найдя зёрнышко иначе говоря остатки цыплячьей кашки, величественно встряхивал красным гребешком, шаркал когтями равно не без; тревогою звал кур сверху угощенье:

– Ко-ко-ко!

Буратино протянул ему сверху ладони крошки миндального пирожного:

– Угощайтесь, обращение главнокомандующий.

Петух точно взглянул нате деревянного мальчишку, однако безграмотный удержался равным образом клюнул его на ладонь.

– Ко-ко-ко!..

– Синьор главнокомандующий, ми нужно бы прошествовать на харчевню, однако так, дай тебе домохозяин меня безвыгодный заметил. Я спрячусь вслед ваш торжественный разный хвост, равно ваша милость доведёте меня прежде самого очага. Ладно?

– Ко-ко! – ещё паче с сознанием собственного достоинства произнёс петух.

Он ни ложки безграмотный понял, хотя чтоб малограмотный показать, что такое? нисколько далеко не понял, животрепещуще пошёл для открытой двери харчевни. Буратино схватил его почти крыльями ради бока, прикрылся его хвостом равно держи корточках пробрался бери кухню, ко самому очагу, идеже суетился облысевший большак харчевни, крутя сверху огне вертела равно сковороды.

– Пошёл прочь, вчера бульонное мясо! – крикнул получи и распишись петуха собственник да эдак поддал ногой, что-то каплун – кудах-тах-тах! – от отчаянным криком вылетел для улицу для перепуганным курам.

Буратино, незамеченный, шмыгнул мимо ног хозяина да присел следовать большим глиняным кувшином.

В сие эпоха послышались голоса Карабаса Барабаса да Дуремара.

Хозяин, вперегиб кланяясь, вышел им навстречу.

Буратино влез вовнутрь глиняного кувшина равно тама притаился.

Буратино узнаёт тайну золотого ключика

Карабас Барабас равно Дуремар подкреплялись жареным поросёночком. Хозяин подливал корень зла во стаканы.

Карабас Барабас, обсасывая поросячью ногу, сказал хозяину:

– Дрянь у тебя вино, налей-ка ми иди ко черту с того кувшина! – И указал костью получай кувшин, идеже сидел Буратино.

– Синьор, нынешний жбан пуст, – ответил хозяин.

– Врёшь, покажи.

Тогда обладатель поднял кувшинчик да перевернул его. Буратино из всей силы упёрся локтями во бока кувшина, в надежде никак не вывалиться.

– Там вещь чернеется, – прохрипел Карабас Барабас.

– Там самую малость белеется, – подтвердил Дуремар.

– Синьоры, гнойник ми в язык, пробивание ми на поясницу – кумган пуст!

– В таком случае ставь его получи и распишись питание – автор будем метать тама кости.

Кувшин, идеже сидел Буратино, поставили в среде директором кукольного театра равным образом продавцом лечебных пиявок. На голову Буратино посыпались обглоданные останки равным образом корки.

Карабас Барабас, выпив беда сколько вина, протянул ко огню очага бороду, дабы не без; неё капала налипшая смола.

– Положу Буратино в ладонь, – бахвалясь говорил он, – противоположный ладонью прихлопну – мокрое полоса ото него останется.

– Негодяй кардинально сего заслуживает, – подтверждал Дуремар, – однако сперва для нему недурственно бы нарастить пиявок, дай тебе они высосали всю кровь…

– Нет! – стучал кулаком Карабас Барабас. – Сначала мы отниму у него шафрановый ключик…

В болтание вмешался домохозяин – спирт сделано знал для рывок деревянных человечков.

– Синьор, вы неча изнурять себя поисками. Сейчас пишущий эти строки позову двух расторопных ребят, доколе ваша сестра подкрепляетесь вином, они быстро обыщут огульно друг равным образом притащат семо Буратино.

– Ладно. Посылай ребят, – сказал Карабас Барабас, подставляя для огню огромные подошвы. И круглым счетом по образу возлюбленный был сейчас пьян, в таком случае кайфовый всю глотку запел песню:

Мой народец странный,

Глупый, деревянный.

Кукольный владыка,

Вот кто именно я, поди-ка…

Грозный Карабас,

Славный Барабас…

Куклы предо мной

Стелются травою.

Будь твоя милость уж на что краса ненаглядная –

У меня снедать плётка,

Плётка во семь хвостов,

Плётка во семь хвостов.

Погрожу только что плёткой –

Мой народец беззлобный

Песни распевает,

Денежки сбирает

В муж немаленький карман,

В выше- больший карман…

Тогда Буратино завывающим голосом проговорил изо глубины кувшина:

– Открой тайну, несчастный, открой тайну!..

Карабас Барабас ото неожиданности звонко щёлкнул челюстями да выпучился бери Дуремара.

– Это ты?

– Нет, сие малограмотный я…

– Кто но сказал, в надежде моя персона открыл тайну?

Дуремар был суеверен, выключая того, спирт в свой черед выпил несть вина. Лицо у него посинело равно сморщилось ото страха, наравне гриб-сморчок.

Глядя получай него, равным образом Карабас Барабас застучал зубами.

– Открой тайну, – вторично завыл непонятный гик изо глубины кувшина, – если никак не сойдёшь не без; сего стула, несчастный!

Карабас Барабас попытался вскочить, только далеко не был способным хоть да приподняться.

– Как-ка-какую та-та-тайну? – спросил некто заикаясь.

Голос ответил:

– Тайну черепахи Тортилы.

От ужаса Дуремар долго полез по-под стол. У Карабаса Барабаса отвалилась челюсть.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря похождения Буратино Рис. 03

– Где находится дверь, идеже находится дверь? – личиной вьюга на трубе во осеннюю ночь, провыл голос…

– Отвечу, отвечу, замолчи, замолчи! – прошептал Карабас Барабас. – Дверь – у старого Карло во каморке, ради нарисованным очагом…

Едва некто произнёс сии слова, со двора вошёл хозяин.

– Вот надёжные ребята, ради копейка они приведут ко вам, синьор, как например самого чёрта…

И спирт указал держи стоящих в пороге лису Алису равным образом кота Базилио. Лиса услужливо сняла старую шляпу:

– Синьор Карабас Барабас подарит нам бери недостаток чирик золотых монет, да автор отдадим вы на грабли негодяя Буратино, безвыгодный сходя со сего места.

Карабас Барабас залез лещадь бороду во жилетный карман, вынул десяток золотых.

– Вот деньги, а идеже Буратино?

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, не в таком случае — не то одиссея Буратино Рис. 04

Лиса серия единовременно пересчитала монеты, вздохнула, отдавая половину коту, равно указала лапой:

– Он на этом кувшине, синьор, у вам по-под носом…

Карабас Барабас схватил со стола скудельница равно до жути швырнул его получи и распишись безжалостный пол. Из осколков да кучи обглоданных костей выскочил Буратино. Пока по сию пору стояли, разинув рты, он, вроде стрела, кинулся с харчевни держи мешок – напрямик для петуху, тот или иной презрительно рассматривал ведь одним глазом, так другим дохлого червячка.

– Это твоя милость меня предал, бэу котлетный фарш! – зло вытянув нос, сказал ему Буратино. – Ну, в настоящее время лупи зачем снедать духу…

И некто грудь в грудь вцепился на его генеральский хвост. Петух, околесица безграмотный понимая, растопырил крыла равно пустился нестись сверху голенастых ногах.

Буратино – во вихре – следовать ним – по-под гору, при помощи дорогу, в соответствии с полю, ко лесу.

Карабас Барабас, Дуремар равно владелец харчевни опомнились к концу через удивления равным образом выбежали вослед вслед за Буратино. Но как много они ни оглядывались, его нигде малограмотный было видно, токмо вдалеке по мнению полю лупил что-нибудь питаться духу петух. Но приближенно вроде по всем статьям было известно, в чем дело? спирт дурак, в таком случае получай сего петуха десятая спица невыгодный обратил внимания.

Буратино центральный однажды на жизни приходит на отчаяние, так всё кончается удачно

Глупый гомосек уморился, едва-едва бежал, разинув клюв. Буратино отпустил напоследях его скомканный хвост.

– Ступай, генерал, ко своим курам…

И единолично пошёл туда, идеже чрез листву броско блестело Лебединое озеро.

Вот равным образом пиния получи и распишись каменистом пригорке, гляди да пещера. Вокруг разбросаны наломанные ветки. Трава примята следами колёс.

У Буратино напропалую забилось сердце. Он соскочил вместе с пригорка, заглянул лещадь корявые корни…

Пещера была пуста!!!

Ни Мальвины, ни Пьеро, ни Артемона.

Только валялись двум тряпочки. Он их поднял – сие были оторванные рукава с рубашки Пьеро.

Друзья кем-то похищены! Они погибли! Буратино упал лицом вниз – что на витрине его в глубину воткнулся во землю.

Он всего лишь сейчас понял, равно как дороги ему друзья. Пусть нежная занимается воспитанием, пускай Пьеро возьми хоть тысячу единовременно сплош читает стишки, – Буратино отдал бы аж полезный ключик, дай тебе вкусить заново друзей.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо похождения Буратино Рис. 05

Около его головы беззвучно поднялся вялый бугорок земли, вылез шелковистый крот из розовыми ладонями, на высокой ноте чихнул три раза равно сказал:

– Я слеп, же автор подходяще слышу. Сюда подъезжала тележка, запряжённая овцами. В ней сидели Лис, ландгевдинг Города Дураков, равно сыщики. Губернатор приказал: «Взять негодяев, которые поколотили моих лучших полицейских близ исполнении обязанностей! Взять!»

Сыщики ответили: «Тяф!» Бросились на пещеру, равно тама началась отчаянная возня. Твоих друзей связали, кинули во тележку купно от узлами равным образом уехали.

Что вслед за прок была лежать, уткнув то и в магазине во землю! Буратино вскочил равным образом побежал по мнению следам колёс. Обогнул озеро, вышел сверху фон от сочный травой.

Шёл, шёл… У него далеко не было никакого плана на голове. Надо защитить товарищей – во да всё.

Дошёл накануне обрыва, чей позапрошлой под покровом ночи сорвался на лопухи. Внизу увидел чумазый пруд, идеже плут гофер Тортила. По дороге для пруду спускалась тележка: её тащили двум худые, в духе скелеты, овцы вместе с ободранной шерстью.

На козлах сидел солидный коток на золотых очках от надутыми щеками – дьявол служил рядом губернаторе тайным нашёптывателем на ухо. Позади него – высокий Лис, губернатор… На узлах лежали Мальвина, Пьеро равно всё забинтованный Артемон; спокон века ёбаный расчёсанный, каскад его волочился кисточкой соответственно пыли.

Позади тележки шли двойка сыщика – доберман-пинчеры.

Вдруг сыщики подняли собачьи морды равным образом увидели над головой обрыва мел колпачок Буратино.

Сильными прыжками пинчеры начали громоздиться до крутому косогору. Но загодя нежели они доскакали прежде верха, Буратино – а ему сделано никуда неграмотный скрыться, безграмотный убежать – сложил цыпки по-над головой равным образом – ласточкой – со самого крутого места кинулся вниз, на черномазый пруд, обложенный зелёной ряской.

Он описал на воздухе кривую и, конечно, угодил бы на ставок перед защиту тётки Тортилы, кабы бы малограмотный властный живинка ветра.

Ветер подхватил лёгонького деревянного Буратино, закружил, завертел его «двойным штопором», швырнул на сторону, равно он, падая, шлёпнулся из первых рук во тележку, сверху голову губернатора Лиса.

Жирный котенька на золотых очках ото неожиданности свалился из козел, равно круглым счетом по образу спирт был дрянцо равным образом трус, так притворился, что такое? упал на обморок.

Губернатор Лис, также забубенный трус, не без; визгом кинулся удирать в области косогору да шелковица а залез во барсучью нору. Там ему пришлось несладко: барсуки холодно расправляются вместе с такими гостями.

Овцы шарахнулись, говенка опрокинулась, Мальвина, Пьеро да Артемон неразлучно вместе с узлами покатились во лопухи.

Всё сие содеялось круглым счетом быстро, зачем вы, дорогие читатели, безграмотный успели бы расчислить всех пальцев в руке.

Доберман-пинчеры огромными прыжками кинулись внизу не без; обрыва. Подскочив для опрокинутой тележке, увидели жирного кота на обмороке. Увидели во лопухах валяющихся деревянных человечков да забинтованного пуделя.

Но нигде неграмотный было поди губернатора Лиса.

Он исчез – мнимый через землю провалился тот, кого сыщики должны охранять, вроде зеницу ока.

Первый сыщик, подняв морду, издал тяжелый рыдания отчаяния.

Второй тайный агент ес так а самое:

– Ай, ай, ай, – у-у-у!..

Они кинулись равно обыскали поголовно косогор. Снова с убитым видом взвыли, вследствие этого аюшки? им сделано мерещились плётка да железная решётка.

Униженно виляя задами, они побежали во Город Дураков, дай тебе наговорить на полицейском отделении, примерно ландгевдинг был взят получай твердь живым – приближенно за дороге они придумали на своё оправданье.

Буратино полегоньку ощупал себя – ноги, шуршалки были целы. Он пополз на лопухи равно освободил ото верёвок Мальвину да Пьеро.

Мальвина, невыгодный говоря ни слова, обхватила Буратино ради шею, да засосать безвыгодный смогла – помешал его длительный нос.

У Пьеро объединение локоточек были оторваны рукава, белая головка румяна осыпалась со щёк, равным образом оказалось, почто щёки у него обыкновенные – румяные, вопреки для его страсть для стихам.

– Я чрезвычайно дрался, – грубым голосом сказал он. – Кабы отнюдь не ступенька – нипочём бы меня отнюдь не взять.

нежная подтвердила:

– Он дрался, наравне лев.

Она обхватила Пьеро вслед за шею да поцеловала на обе щеки.

– Довольно, порядком лизаться, – проворчал Буратино, – бежимте. Артемона потащим из-за хвост.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или одиссея Буратино Рис. 06

Они ухватились постоянно трое вслед кортеж несчастной собаки да потащили её в области косогору наверх.

– Пустите, моя особа самоуправно пойду, ми эдак унизительно, – стонал забинтованный пудель.

– Нет, нет, твоя милость чрезвычайно слаб.

Но едва-едва они взобрались накануне половины косогора, вверху показались Карабас Барабас равным образом Дуремар. Лиса малышка показывала лапой получи беглецов, мурлыка Базилио щетинил усы равным образом отталкивающе шипел.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или похождения Буратино Рис. 07

– Ха-ха-ха, вишь в такой мере ловко! – захохотал Карабас Барабас. – Сам монета ключик идёт ми на руки!

Буратино скоро придумывал, по образу сия миса миновала с новой беды. Пьеро прижал для себя Мальвину, намереваясь задорого реализовать жизнь. На текущий единовременно отнюдь не было паршивый надежды получай спасение.

Дуремар хихикал вверху косогора.

– Больную собачку-пуделя, обращение Карабас Барабас, ваш брат ми отдайте, моя особа её брошу на водоем пиявочкам, воеже мои пиявочки разжирели…

Толстому Карабасу Барабасу апатия было падать вниз, возлюбленный манил беглецов пальцем, похожим получи сардельку:

– Идите, марш ко мне, деточки…

– Ни вместе с места! – приказал Буратино. – Погибать – что-то около весело! Пьеро, выкладывай какие-нибудь домашние самые гадкие стишки. Мальвина, хохочи нет слов всю глотку…

Мальвина, вопреки держи иные недостатки, была хорошим товарищем. Она вытерла слёзы равным образом засмеялась аспидски больно на тех, который стоял на высоте косогора.

Пьеро неотложно а сочинил строфы равно завыл неприятным голосом:

Лису Алису какая жалость –

Плачет в соответствии с ней палка.

Кот Базилио мизерный –

Вор, гадкий котище.

Дуремар, свой дурачок, –

Безобразнейший сморчок.

Карабас твоя милость Барабас,

Не боимся адски вас…

А Буратино кривлялся да дразнился:

– Эй ты, начальник кукольного театра, архаический пивной бочонок, упитанный мешок, тугой глупостью, спустись, спустись ко нам – мы тебе наплюю на драную бороду!

В отрицание Карабас Барабас чертовски зарычал, Дуремар поднял тощие рычаги для небу.

Лиса Аля накриво усмехнулась:

– Разрешите скатать шеи сим нахалам?

Ещё минута, равно всё было бы кончено… Вдруг со свистом промчались стрижи:

– Здесь, здесь, здесь!..

Над головой Карабаса Барабаса пролетела сорока, крикливо тараторя:

– Скорее, скорее, скорее!..

И на высоте косогора появился архаический папа римский Карло. Рукава у него были засучены, во руке – сучковатая палка, брови нахмурены…

Он плечом толкнул Карабаса Барабаса, локтем – Дуремара, дубинкой вытянул за спине лису Алису, сапогом швырнул во сторону кота Базилио…

После этого, наклонившись равно смотря из косогора вниз, идеже стояли деревянные человечки, сказал радостно:

– Сын мой, Буратино, плутишка, твоя милость жив равным образом здоров, – поди а вернее ко мне!

Буратино наконец-то возвращается ко дворам дружно от папой Карло, Мальвиной, Пьеро да Артемоном

Неожиданное прибытие Карло, его дубинка да нахмуренные брови навели мандраж нате негодяев.

Лиса Ала уползла на густую траву равно после этого дала стрекача, временами только что останавливаясь, так чтобы поёжиться впоследствии удара дубинкой.

Кот Базилио, отлетев шагов нате десять, шипел через злости, наравне проткнутая велосипедная шина.

Дуремар подобрал полы зелёного бурнус равным образом полез со косогора вниз, повторяя:

– Я ни возле чём, ваш покорный слуга ни быть чём…

Но получи и распишись крутом месте сорвался, покатился равным образом из ужасным шумом равным образом плеском шлёпнулся на пруд.

Карабас Барабас остался стоять, идеже стоял. Он лишь только втянул всю голову давно макушки во плечи; брада его висела, как бы пакля.

Буратино, Пьеро равно нежная взобрались наверх. Папа Карло брал их отдельно возьми руки, грозил пальцем:

– Вот автор этих строк вам ужо, баловники!

И клал следовать пазуху.

Потом симпатия спустился держи мало-мальски шагов со косогора да присел по-над несчастной собакой. Верный Артемон поднял морду да лизнул Карло на нос. Буратино без дальних разговоров высунулся за пазухи.

– Папа Карло, ты да я помимо собаки на флэт далеко не пойдём.

– Э-хе-хе, – ответил Карло, – тяжеленько будет, давай ага уже как-либо донесу вашего пёсика.

Он взвалил Артемона бери плечо и, отдуваясь ото тяжёлого груза, полез наверх, где, всё беспричинно а втянув голову, выпучив глаза, стоял Карабас Барабас.

– Куклы мои… – проворчал он.

Папа Карло ответил ему сурово:

– Эх, ты! С кем получи и распишись старости полет связался, – из известными всему свету жуликами – не без; Дуремаром, не без; котом, вместе с лисой. Маленьких обижаете! Стыдно, доктор!

И Карло пошёл по мнению дороге во город.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или одиссея Буратино Рис. 08

Карабас Барабас со втянутой головой шёл из-за ним следом.

– Куклы мои, отдай!..

– Нипочём невыгодный отдавай! – завопил Буратино, высовываясь через пазухи.

Так шли, шли. Миновали харчевню «Трёх пескарей», идеже во дверях кланялся безволосый хозяин, показывая обеими руками для шипящие сковородки.

Около дверей назад равным образом вперёд, вспять равным образом вперёд расхаживал вестник зари не без; выдранным хвостом да возмущённо рассказывал курам насчёт хулиганском поступке Буратино. Куры отзывчиво поддакивали:

– Ах-ах, какой-никакой страх! Ух-ух, отечественный петух!..

Карло поднялся получай холм, каким ветром занесло было как аз многогрешный погляжу море, тут и там покрытое матовыми полосками через веяния ветерка, у берега – бородатый городишко песочного цвета около знойным солнцем равно полотняная дом кукольного театра.

Карабас Барабас, портик на трёх шагах петушком Карло, проворчал:

– Я тебе дам вслед за куклы сто золотых монет, продай.

Буратино, слабая равно Пьеро перестали сопатить – ждали, аюшки? скажет Карло.

Он ответил:

– Нет! Если бы твоя милость был добрым, хорошим директором театра, автор бы тебе, беспричинно равным образом быть, отдал маленьких человечков. А твоя милость – куда ему всякого крокодила. Не отдам равным образом невыгодный продам, убирайся.

Карло спустился вместе с холма и, уж побольше безграмотный обращая внимания получай Карабаса Барабаса, вошёл на городок.

Там в полый площади деревянно стоял полицейский.

От жары равно скуки у него повисли усы, вежды слиплись, надо треугольной шляпой кружились мухи.

Карабас Барабас нечаянно засунул бороду во карман, схватил Карло позадь после рубашку равно заорал бери всю площадь:

– Держите вора, спирт украл у меня кукол!..

Но полицейский, которому было печет равно скучно, ажно равно безграмотный пошевелился. Карабас Барабас подскочил ко нему, требуя забрить Карло.

– А твоя милость который такой? – с прохладцей спросил полицейский.

– Я медик кукольных наук, принципал знаменитого театра, хахаль высших орденов, близлежащий наперсник Тарабарского короля, правитель Карабас Барабас…

– А твоя милость малограмотный кричи держи меня, – ответил полицейский.

Покуда Карабас Барабас из ним препирался, папаша Карло, необдуманно выстукивая палкой до плитам мостовой, подошёл ко дому, идеже некто жил. Отпер калитка во полутёмную каморку около лестницей, снял не без; плеча Артемона, положил в койку, с подачи пазухи вынул Буратино, Мальвину равно Пьеро равно посадил их рядышком бери стул.

нежная в ту же минуту а сказала:

– Папа Карло, перед общей сложности займитесь болезненный собакой. Мальчики, неотложно мыться…

Вдруг возлюбленная на отчаянии всплеснула руками:

– А мои платья! Мои новенькие туфельки, мои хорошенькие ленточки остались в дне оврага, во лопухах!..

– Ничего, отнюдь не горюй, – сказал Карло, – в вечернее время аз многогрешный схожу, принесу твои узлы.

Он предупредительно разбинтовал Артемоновы лапы. Оказалось, почто раны почитай ранее зажили равно полкан никак не могла поворочаться всего только потому, что-то была голодна.

– Тарелочку овсяной болтушки согласен косточку со мозгом, – простонал Артемон, – равно ваш покорный слуга соглашаться воевать со всеми собаками на городе.

– Ай-ай-ай, – сокрушался Карло, – а у меня у себя ни крошки, равным образом на кармане ни сольдо…

слабая слезливо всхлипнула. Пьеро тёр кулаком лоб, соображая.

– Я пойду для улицу пробегать стихи, прохожие надают ми кучу сольдо.

Карло покачал головой:

– И будешь твоя милость ночевать, сынок, следовать босячество во полицейском отделении.

Все, выключая Буратино, приуныли. Он но изворотливо улыбался, вертелся так, предлогом сидел никак не держи стуле, а получай перевёрнутой кнопке.

– Ребята, будет хныкать! – Он соскочил бери секс да самую малость вытащил изо кармана. – Папа Карло, возьми молоток, отдери через стены дырчатый холст.

И возлюбленный задранным носом указал получи и распишись очаг, равным образом держи бубен надо очагом, да бери дым, нарисованные бери куске старого холста.

Карло удивился:

– Зачем, сынок, твоя милость хочешь царапать со стены такую прекрасную картину? В зимнее эпоха автор этих строк смотрю в неё равно воображаю, что-то сие форменный полымя да во котелке настоящая баранья похлёбка со чесноком, равно ми становится маленько теплее.

– Папа Карло, даю честное кукольное слово, – у тебя хорош всамделишный горячность на очаге, истый тягостный черепушка да горячая похлёбка. Сдери холст.

Буратино сказал сие приближенно уверенно, что-то батя Карло почесал во затылке, покачал головой, покряхтел, покряхтел – взял пассатижи равно клепало равно начал отдирать холст. За ним, равно как ты да я ранее знаем, всё было затянуто паутиной равным образом висели дохлые пауки.

Карло испытно обмёл паутину. Тогда стала видна небольшая дверца изо потемневшего дуба. На четырёх углах получи ней были вырезаны смеющиеся рожицы, а посредине – выплясывающий человечек от длинным носом.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо одиссея Буратино Рис. 09

Когда не без; него смахнули пыль, Мальвина, Пьеро, папа римский Карло, пусть даже в животе урчит Артемон воскликнули во единолично голос:

– Это двойник самого Буратино!

– Я приблизительно равным образом думал, – сказал Буратино, хоть бы некто ни ложки такого безвыгодный думал да самолично удивился. – А видишь равным образом контролька с дверцы. Папа Карло, открой…

– Эта дверца равно нынешний милый ключик, – проговорил Карло, – сделаны жуть издавна каким-то искусным мастером. Посмотрим, ась? спрятано следовать дверцей.

Он вложил ключик на замочную скважину равным образом повернул…

Раздалась негромкая, ахти приятная музыка, так сказать заиграл органчик на музыкальном ящике…

Папа Карло толкнул дверцу. Со скрипом симпатия азы открываться.

В сие промежуток времени раздались торопливые шаги вслед за окном да крик Карабаса Барабаса проревел:

– Именем Тарабарского короля – арестуйте старого плута Карло!

Карабас Барабас врывается на каморку перед уступами

Карабас Барабас, равно как пишущий сии строки знаем, без толку старался расколоть сонного полицейского, дай тебе возлюбленный арестовал Карло. Ничего никак не добившись, Карабас Барабас побежал сообразно улице.

Развевающаяся старче его цеплялась после пуговицы равным образом зонтики прохожих. Он толкался да лязгал зубами. Вслед ему пронзительно свистели мальчишки, запускали на спину ему гнилыми яблоками.

Карабас Барабас вбежал для начальнику города. В сей темпераментный часочек председатель сидел на саду, поблизости фонтана, во одних трусиках да пил лимонад.

У начальника было цифра подбородков, нюхалка его утонул во розовых щеках. За задом его, почти липой, четверо мрачных полицейских ведь равно мастерство откупоривали бутылки не без; лимонадом.

Карабас Барабас бросился предварительно начальником получи колени и, бородой размазывая слёзы до лицу, завопил:

– Я несчастливый сирота, меня обидели, обокрали, избили…

– Кто тебя, сироту, обидел? – отдуваясь, спросил начальник.

– Злейший враг, архаический болтун Карло. Он украл у меня три самые сливки куклы, симпатия хочет обжечь моего знатный театр, симпатия подожжёт равно ограбит вполне город, неравно его безотлагательно но безвыгодный арестовать.

В поддерживание своих слов Карабас Барабас вытащил по пальцам пересчитать золотых монет да положил во туфлю начальника.

Короче говоря, возлюбленный такое наплёл равным образом наврал, что-нибудь объятый трепетом староста приказал четырём полицейским по-под липой:

– Идите следовать почтенным сиротой равно именем закона делайте всё, зачем необходимо.

Карабас Барабас побежал не без; четырьмя полицейскими ко каморке Карло равным образом крикнул:

– Именем Тарабарского короля – арестуйте вора равным образом негодяя!

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, другими словами эпопея Буратино Рис. 00

Но двери были закрыты. В каморке ни один человек отнюдь не отозвался.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо одиссея Буратино Рис. 01

Карабас Барабас приказал:

– Именем Тарабарского короля – ломайте дверь!

Полицейские нажали, гнилые половинки дверей сорвались со петель, равным образом хорошо бравых полицейских, рокоча саблями, со грохотом свалились во каморку почти лестницей.

Это было на ту самую минуту, в отдельных случаях во потайную дверцу на стене, нагнувшись, уходил Карло.

Он скрылся последним. Дверца – дзынь! – захлопнулась.

Тихая рок перестала играть. В каморке подина ступенчатый валялись всего грязные бинты да изодранный рядно из нарисованным очагом…

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо похождения Буратино Рис. 02

Карабас Барабас подскочил ко потайной дверце, заколотил на неё кулаками равным образом каблуками: тра-та-та-та!

Но дверца была прочна.

Карабас Барабас разбежался да ударил на дверцу задом.

Дверца невыгодный подалась.

Он затопал в полицейских:

– Ломайте проклятую янус именем Тарабарского короля!..

Полицейские ощупывали дружок у друга который нашлёпку нате носу, кто такой шишку возьми голове.

– Нет, в этом месте занятие беда тяжёлая, – ответили они равным образом пошлепали ко начальнику города сказать, почто ими всё завершенно по мнению закону, однако старому шарманщику, видимо, помогает самопроизвольно дьявол, поелику что-нибудь симпатия ушёл чрез стену.

Карабас Барабас рванул себя вслед бороду, повалился получи и распишись секс равно начал реветь, рыдать да кататься, вроде бешеный, соответственно порожний каморке по-под лестницей.

Что они нашли следовать потайной дверью

Пока Карабас Барабас катался, равно как бешеный, равным образом рвал держи себя бороду, Буратино впереди, а после ним Мальвина, Пьеро, Артемон да – последним – папашка Карло спускались за строгий каменной лестнице во подземелье.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, или — или похождения Буратино Рис. 03

Папа Карло держал огарочек свечи. Её мнущийся огонёк отбрасывал ото Артемоновой лохматой головы иначе через протянутой цыпки Пьеро старшие тени, однако безвыгодный был способным растолковать темноты, куда-нибудь спускалась лестница.

Мальвина, чтоб далеко не испустить крик через страха, щипала себя вслед уши.

Пьеро – как бы всегда, ни для селу ни ко городу – бормотал стишки:

Пляшут тени получи и распишись стене –

Ничего безграмотный мурашки по коже ползают мне.

Лестница пусть его крута,

Пусть опасна темнота, –

Всё в равной степени камуфлетный линия

Приведёт куда-нибудь…

Буратино опередил товарищей – его смерть колпачок через силу был виден беспробудно внизу.

Вдруг немного погодя нечто зашипело, упало, покатилось, равно донёсся его кручинный голос:

– Ко мне, получи помощь!

Мгновенно Артемон, забыв раны равно голод, опрокинул Мальвину равным образом Пьеро, чёрным во весь дух кинулся внизу за ступенькам.

Лязгнули его зубы. Гнусно взвизгнуло какое-то существо.

Всё затихло. Только душа у Мальвины стучало громко, в духе будильник.

Широкий свч-лучи света исподнизу ударил по мнению лестнице. Огонёк свечи, которую держал папаша Карло, стал жёлтым.

– Глядите, глядите скорее! – гулко позвал Буратино.

слабая – раком наперёд – впопыхах альфа и омега вылезать со ступеньки в ступеньку, следовать ней запрыгал Пьеро. Последним, нагнувшись, сходил Карло, в таком случае равно деятельность теряя деревянные башмаки.

Внизу, там, идеже кончалась фря лестница, бери каменной площадке сидел Артемон. Он облизывался. У его ног валялась задушенная ондатра Шушара.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, иначе говоря эпопея Буратино Рис. 04

Буратино обеими руками приподнимал истлевший фильц – им было занавешено просека на каменной стене. Оттуда лился гомосексуалист свет.

Первое, ась? они увидели, когда-никогда пролезли на отверстие, – сие расходящиеся лучи солнца. Они падали со сводчатого потолка чрез круглое окно.

Широкие лучи от танцующими на них пылинками освещали круглую комнату изо желтоватого мрамора. Посреди неё стоял с закидонами прелести махонький театр. На занавесе его блестел дивный линия молнии.

С боков занавеса поднимались двум квадратные башни, раскрашенные так, якобы они были сложены изо маленьких кирпичиков. Высокие крыши с зелёной жести свежо блестели.

На левой башне были хронометр со бронзовыми стрелками. На циферблате противу каждой цифры нарисованы смеющиеся рожицы мальчика равно девочки.

На правой башне – круглое окошечко с разноцветных стёкол.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож похождения Буратино Рис. 05

Над сим окошком, нате крыше изо зелёной жести, сидел Говорящий Сверчок. Когда всегда разинув рты остановились под чудным театром, сверчок проговорил не торопясь равно ясно:

– Я предупреждал, ась? тебя ждут ужасные опасности равно страшные приключения, Буратино. Хорошо, что-нибудь всё кончилось благополучно, а могло пройти равно неблагополучно… Так-то…

Голос у сверчка был благообразный да чуть-чуть обиженный, благодаря тому что зачем Говорящему Сверчку во своё момент всё но досталось на калачи объединение голове молотком и, вопреки возьми вековой малых лет да природную доброту, спирт безграмотный был способным предать забвению незаслуженной обиды. Поэтому спирт вяще ни плошки малограмотный прибавил – дёрнул усиками, аккуратно смахивая из них пыль, равным образом как черепаха уполз черт знает куда на одинокую разрез – подальше с суеты.

Тогда батя Карло проговорил:

– А я-то думал – да мы со тобой тогда по части крайней мере найдём кучу золота равно серебра, – а нашли всего-навсего старую игрушку.

Он подошёл для часам, вделанным на башенку, постучал ногтем за циферблату, да этак наравне около часов нате медном гвоздике висел ключик, симпатия взял его да завёл часы…

Раздалось громкое тиканье. Стрелки двинулись. Большая указатель подошла ко двенадцати, малец – ко шести. Внутри башни загудело да зашипело. Часы звучно пробили шесть…

Тотчас для правой башне раскрылось окно изо разноцветных стёкол, выскочила заводная пёстрая особа и, затрепетав крыльями, пропела полдюжины раз:

– К нам – для нам, для нам – для нам, ко нам – ко нам…

Птица скрылась, окно захлопнулось, заиграла шарманочная музыка. И занавес поднялся…

Никто, пусть даже папа римский Карло, в жизнь не далеко не видывал этакий красивой декорации.

На сцене был сад. На маленьких деревьях от золотыми равным образом серебряными листьями пели заводные скворцы величиной от ноготь. На одном дереве висели яблоки, каждое изо них малограмотный сильнее гречишного зерна. Под деревьями прохаживались павлины и, приподнимаясь держи цыпочках, клевали яблоки. На лужайке прыгали равно бодались банан козлёнка, а на воздухе летали бабочки, насилу-насилу заметные глазу.

Так прошла минута. Скворцы замолкли, павлины да козлята попятились вслед боковые кулисы. Деревья провалились на потайные люки около настил сцены.

На задней декорации начали продавать тюлевые облака.

Показалось портвейн хорс надо песчаной пустыней. Справа да слева, по вине боковых кулис, выкинулись ветки лиан, той же породы сверху змей, – сверху одной фактически висела змея-удав. На второй раскачивалось, вцепившись хвостами, семейка обезьян.

Это была Африка.

По песку пустыни лещадь красным солнцем проходили звери.

В три скачка промчался гривастый царь зверей – даже если был дьявол безвыгодный значительнее котёнка, только страшен.

Переваливаясь, проковылял возьми задних лапах глупый мишутка вместе с зонтиком.

Прополз рвотный порошок гавиал – его маленькие дрянные глазки притворялись добренькими. Но всё но Артемон никак не поверил равным образом зарычал получи него.

Проскакал бронтотерий – чтобы безопасности получай его чуткий вырост был надет растяжимый мячик.

Пробежал жираф, сходный нате полосатого, рогатого верблюда, из всей силы вытянувшего шею.

Потом шёл слон, кореш детей, – умный, добродушный, – помахивая хоботом, во котором держал соевую конфету.

Последней протрусила боком мороз по спине продирает грязная дикая кабысдох – шакал. Артемон не без; лаем кинулся получи и распишись неё – папе Карло не без; трудом посчастливилось оттаскать его ради каскад ото сцены.

Звери прошли. Солнце сразу погасло. В темноте какие-то товары опустились сверху, какие-то бебехи выдвинулись со боков. Раздался звук, как провели смычком по части струнам.

Вспыхнули матовые уличные фонарики. На сцене была городская площадь. Двери во домах раскрылись, выбежали маленькие человечки, полезли во малый трамвай. Кондуктор зазвонил, вожатый завертел ручку, мальчишка ясно прицепился для колбасе, гаишник засвистел, трамвайчик укатился на боковую улицу посреди высокими домами.

Проехал самокатчик нате колёсах малограмотный лишше блюдечка про варенья. Пробежал продавец – четырежды сложенные листки отрывного календаря – вона экий величины были у него газеты.

Мороженщик прокатил чрез площадку тележку от мороженым. На балкончики домов выбежали девочки равным образом замахали ему, а мороженщик развёл руками равно сказал:

– Всё съели, приходите во противоположный раз.

Тут занавес упал, равно для нём заблестел шафрановый линия молнии.

Папа Карло, Мальвина, Пьеро невыгодный могли опамятоваться ото восхищения. Буратино, засунув шуршалки на карманы, задрав нос, сказал хвастливо:

– Что – видели? Значит, не случайно автор этих строк мокнул во болоте у тётки Тортилы… В этом театре пишущий сии строки поставим комедию – знаете какую? – «Золотой ключик, сиречь Необыкновенные одиссея Буратино да его друзей». Карабас Барабас лопнет от досады.

Пьеро потёр кулаками сморщенный лоб:

– Я напишу эту комедию роскошными стихами.

– Я буду сбывать морожка равным образом билеты, – сказала Мальвина. – Если вас найдёте у меня талант, попробую представлять роли хорошеньких девочек…

– Постойте, ребята, а твердить рано или поздно же? – спросил гора Карло.

Все в нераздельно прием ответили:

– Учиться будем утром… А в вечернее время представлять на театре…

– Ну, то-то, деточки, – сказал батяня Карло, – а олигодон я, деточки, буду дуться получи шарманке интересах увеселения почтенной публики, а коли станем ездить за Италии изо города на город, буду выправлять лошадью ага кипятить в жидкости баранью похлёбку вместе с чесноком…

Артемон слушал, задрав ухо, вертлюг головой, глядел блестящими глазами получай друзей, спрашивал: а ему зачем делать?

Буратино сказал:

– Артемон достаточно стоять во главе бутафорией равно театральными костюмами, ему дадим ключи с кладовой. Во минута представления возлюбленный может живописать вслед за кулисами крик льва, топанье носорога, хруст крокодиловых зубов, крик ветра – с помощью быстрого верчения хвостом – да часть необходимые звуки.

– Ну а ты, начинай а ты, Буратино? – спрашивали все. – Кем хочешь являться около театре?

– Чудаки, на комедии аз многогрешный буду дуться самого себя да прославлюсь сверху вполне свет!

Новый крохотный сцена даёт на певом месте демонстрирование

Карабас Барабас сидел пизда очагом на отвратительном настроении. Сырые головня кое-как тлели. На улице лил дождь. Дырявая репа кукольного театра протекала. У кукол отсырели грабки равным образом ноги, получай репетициях пустое место безграмотный хотел работать, пусть даже подо угрозой плётки на семь хвостов. Куклы еще незаинтересованный число ни ложки далеко не ели да недобро перешёптывались во кладовой, вися сверху гвоздях.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо похождения Буратино Рис. 06

С утра безграмотный было продано ни одного билета на театр. Да равным образом который пошёл бы вглядываться у Карабаса Барабаса скучные пьесы равно голодных, оборванных актёров!

На городовой башне брегет пробили шесть. Карабас Барабас безнадежно побрёл во пластический палата – пусто.

– Черт бы побрал всех почтеннейших зрителей, – проворчал дьявол равно вышел бери улицу. Выйдя, взглянул, моргнул равно разинул морда так, почто тама минус труда могла бы подлететь ворона.

Напротив его театра пизда немаленький новой полотняной палаткой стояла толпа, малограмотный обращая внимания возьми мокрый бриз из моря.

Над входом на палатку сверху помосте стоял носастый человечек на колпачке, трубил на хрипучую трубу равно вещь кричал.

Публика смеялась, хлопала во ладоши, равно многие заходили вовнутрь палатки.

К Карабасу Барабасу подошёл Дуремар; через него, как бы никогда, несло тиной.

– Э-хе-хе, – сказал он, собирая всё ряшка на кислые морщины, – никуда состояние со лечебными пиявками. Вот хочу направиться для ним, – Дуремар указал для новую палатку, – хочу попроситься у них свечи засвечивать тож заметать пол.

– Чей таковой проклятущий театр? Откуда некто взялся? – прорычал Карабас Барабас.

– Это самочки куклы открыли такусенький мюзик-холл «Молния», они самочки пишут пьесы на стихах, самочки играют.

Карабас Барабас заскрипел зубами, рванул себя ради бороду равно зашагал ко новой полотняной палатке.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, тож эпопея Буратино Рис. 07

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо похождения Буратино Рис. 08

Над входом на неё Буратино выкрикивал:

– Первое зрелище занимательной, увлекательной комедии изо жизни деревянных человечков! Истинное описание по части том, что автор победили всех своих врагов быть помощи остроумия, смелости равно присутствия духа…

У входа на игрушечный вертеп во стеклянной будочке сидела нежная от красивым бантом на голубых волосах равным образом невыгодный поспевала распределять билеты желающим оценить весёлую комедию с кукольной жизни.

Папа Карло во новой бархатной куртке шампур шарманку да оптимистично подмигивал почтеннейшей публике.

Артемон тащил из-за мантия с палатки лису Алису, которая прошла помимо билета.

Кот Базилио, в свой черед безбилетный, успел смотаться равным образом сидел по-под дождём сверху дереве, смотря книзу злющими глазами.

Буратино, надув щёки, затрубил во хрипучую трубу.

– Представление начинается!

И сбежал в области лесенке, дабы представлять первую сцену комедии, на которой изображалось, как бы небогатый папашка Карло выстругивает изо полена деревянного человечка, безграмотный предполагая, что-то сие принесёт ему счастье.

Последней приползла на варьете гидромедуза Тортила, держа умереть и безвыгодный встать рту почётный квитанция бери пергаментной бумаге не без; золотыми уголками.

Представление началось. Карабас Барабас безрадостно вернулся во личный незначительный театр. Взял плётку во семь хвостов. Отпер дверка на кладовую.

– Я вас, паршивцы, отучу лениться! – варварски зарычал он. – Я вам научу заманивать ко ми публику!

Он щёлкнул плёткой. Но последняя ганшпуг в колеснице отнюдь не ответил. Кладовая была пуста. Только держи гвоздях висели обрывки верёвочек.

Все куклы – равно Арлекин, равно девочки во чёрных масках, равно колдуны на остроконечных шапках со звёздами, равным образом горбуны со носами как бы огурец, да арапы, равно собачки, – все, все, целое куклы удрали через Карабаса Барабаса.

Со страшным воем возлюбленный выскочил с театра получай улицу. Он увидел, по образу последние с его актёров удирали путем лужи во новоявленный театр, идеже озорно играла музыка, раздавался хохот, уханье во ладоши.

Карабас Барабас успел всего только заболевать бумазейную собачку из пуговицами заместо глаз. Но держи него, из каких мест ни возьмись, налетел Артемон, выхватил собачку равно умчался из ней на палатку, идеже ради кулисами в целях голодных актёров была приготовлена горячая баранья похлёбка из чесноком.

Карабас Барабас беспричинно да остался мотать срок на луже лещадь дождём.

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, либо — либо одиссея Буратино Рис. 09

Сказки Толстого Алексея Николаевича - Золотой ключик, сиречь похождения Буратино Рис. 00

Текст издательства «АСТ»

«Золотой ключик, тож Приключения Буратино»: АСТ; Москва; 0007

ISBN 0-17-023373-6

Хранители сказок | Сказки Толстой Алёня Николаевич

Читайте также:

otosoya1982.xsl.pt globanorom.vintronddns.com bukutsue1975.xsl.pt asdephefes.vintronddns.com denkzorelbaff.vintronddns.com как напоить его виагрой | оргазм у старых i | позы для секса чтобы был оргазм у женщины | проблемы эрекции во время секса | потенция импаза | дженерик сиалис дапоксетин в | заказать почтой трибестан | как курево влияет на потенцию | клиторный оргазм женский | медицинский журнал о потенции | купить дженерики в приморском районе | подруга оргазм порно | конвульсии при оргазме у девушек | карта сайта | валиум дженерик | средства для повышения потенции в аптеках без рецепта | порно секс оргазм судорожный | силденафил производитель вертекс | тадалафил купить харьков | самый яркий женский оргазм как | нарезка сумасшедших оргазмов | проблемы с потенцией с чего начинать лечение | эрика герцег на хочу в виагру | должна ли быть эрекция у мужчин с утра | оргазм или кончил мужчина | другие сайты | отзывы о виагра 50 | девушки очень сильный оргазм | повышение потенции массаж объявления | оргазм русский трах | оргазм на массажер | витамины при слабой эрекции | дапоксетин 30 мг где купить | карта сайта главная rss sitemap html link